И я потянулся рукой... пока только рукой... к эльфийке.

Коснулся острого ушка, очертил абрис лица, скользнул по шее там, где трепыхалась нервная жилка, провел по вздымающимся в дыхании выпуклостям. Там пальцы зажили своей жизнью и уже сами, без моей подначки, устремились в щель и попытались подцепить хоть одну грудку, чтобы выпустить ее на свободу.

Но задействовать вторую руку в помощь я не успел. Зуля потянулась ко мне сама, что-то ловко отстегнула-развязала и откинула в сторону ворох кружев уже задолбавшего меня громадного воротника. Потом прогнулась гибко и улеглась головой мне на плечо, уткнувшись носиком в шею:

— Там, — она показала себе на спину, — ленты и крючки. Распусти, выпусти девочек на свободу, они по тебе тоже соскучились.

От такого предложения, произнесенного хриплым придыханием, энтузиазм накрыл меня с головой и я остервенело зашарил по лопаткам девушки. Еще б кто подсказал поконкретней, где находится это «там»...

— Ты как-то неловок, — быстро поняла мою проблему и Азуэль, — как будто в первый раз женщину раздеваешь!

Недоверчивость к моим действиям и испуг с ходу разочаровать красотку подхлестнули, и я зашарил еще резче. Но невольное все ж вырвалось:

— У нас женщины такое не носят — у наших все как-то попроще...

— Счастливые они у вас... — мурлыкнула эльфийка, а потом встрепенулась: — Так это, что получается, я у тебя здесь, на землях Аридана, первая женщина?!

— Да! — без раздумий соврал я.

Ну, а то... в кринолинах-то и правда первая...

— Это так заводит! — восторженно воскликнув, растеклась эльфийка по моей груди и защекотала влажным язычком шею.

Понимая, что теряю контроль, принялся дергать за все, что там, на спине, у этой девицы имелось. На мое счастье один из бантов поддался и, развязываясь, выпустил хвосты. Под ним обнаружились и крючки, которые, кажется, под моей нервной рукой, не столько расстегивались, сколько обрывались.

И вот мои труды увенчались успехом — Зуля чуть отстранилась, повела плечами, и широкий ворот ее платья сполз, выдавая мне прямо в ладони весь имеющийся четвертый размер с уже торчащими радостно сосками.

«А они у нее в спокойном состоянии, вообще, бывают? И такой насыщенный розовый цвет у них что, родной, или она их подкрашивает?...», — вопросы по ходу дела всплывали как-то сами, но так и рассасывались безответными, поскольку было не до них.

Руками я дорвался до груди, а губами повторил маневр эльфийки — прошелся ими вдоль шейки. Усугубил его, отдав должное необычному длинному ушку. Не оставил вниманием и второе, впадинку под ним, потом пошел вниз...

Меж тем, завораживающий аромат из сладости цветов и терпкости возбужденной женщины следовал за мной повсюду. Отчего едва внятной мыслёй догнал, что это не наложенный парфюм, а родной запах эльфийки. Не в тему припомнилась почему-то Юлька...

А девушка трепетно гнулась в моих руках, подставляясь под губы всем, чем только могла, и что ей позволяли развязанные мною ленты.

Я же быстро понял, что мне мало добытого, и запустил одну руку под юбку.

Объемные складки ткани послушно собирались на локте, а невидимая мне конструкция кринолина тоже без проблем, то ли складывалась, то ли просто скомкивалась, так что ничего не мешало мне продвигаться вверх.

Что-то еще помня о «костях» и «десерте», и все еще находя в себе силы сдерживать голодного «пса», я старался не спешить. Меня вознаградили за это, приласкав обиженного на собачье определение себя и уже шалеющего от моей терпимости Любителя.

А ножка, напряженно вытянувшись, трепетала под моей ладонью не менее душевно, чем шейка или грудка минуту назад.

Меж тем, шелк чулка сменился плотной тканью подвязки, потом оборкой кружева и, наконец-то, пальцы ощутили то, к чему и стремились — одновременно и шелк, и бархат, и теплая упругость внутренней части бедрышка!

Но стоило мне коснуться не только теплого, но и влажного, и даже успеть возрадоваться, что меня там действительно ждали и белья и здесь не надели, как... ссука! ззараза! драная тряпка... тьфу ты, юбка!... набилась к этому моменту на локоть так, что ее застопорило колом, и продвинуться дальше я просто не смог!

Зуля поерзала, вводя нас с Любителем чуть не в памерки, но даже общими усилиями продвинуться дальше мы не смогли. Стало понятно, что застрял я качественно и... дамы в кринолине я сегодня, так и не поимею...

— Никак? — спросила девушка.

Я лишь покачал головой и вытащил руку из-под уродской юбки.

Эльфийка сначала фыркнула, но, не сумев на этом сдержаться, все ж закатилась в смехе.

Оно, конечно, такая реакция свойственна ее натуре, но все равно стало обидно...

— И если ты знала, что так будет, то зачем вот это, вот все?! — спросив ее, выразительно обежав глазами «гнездышко» и остановившись взглядом на скачущем перед моим носом голышом четвертом размере.

— Да откуда ж я знала?! — всплеснула она руками. — Кто вообще мог предположить, что ты, взрослый вроде мужик, с женскими платьями управляться не можешь?!