Ближе всего к высокому, с резной спинкой креслу посередине, снова расположилась черноволосая фаворитка. Теперь мадам была не в алом, а в нежно голубом, еще более пышном и блестящем драгоценностями наряде. Как и прежде, она единственная из всех дам почему-то укрывала лицо, так что из-под укороченного края вуали мне были видны лишь остренький ее подбородок и краешек нижней губы. Но вот щедро выставленная в вырезе платья грудь мне, как ни странно, о чем-то настойчиво напоминала...

Хотя, думаю, не о том, что я эти прекрасные сисяндры где-то все-таки видел, а скорее о моем, уже почти трехнедельном воздержании...

Наглость моя, что в мыслях, что в разглядывании прелестей чужих женщин, случилась со мной от безысходности, а вовсе не по злому умыслу. Поскольку магистр, зараза такая, нашу группу пропихнул в самый центр зала, и мы теперь вынуждены были стоять прямо перед подиумом, не притиснутые к нему вплотную толпой только потому, что нас тормозили скрещенные алебарды гвардейцев оцепления. Так что и выбора, считай, у меня не было — или уткнуться взглядом в скатерть на столе, или задрать голову и любоваться прекрасным.

— Кланяйтесь ниже, это я вам, цивилизованные, говорю! — в этот момент инструктировал нас шепотом лорд Аскор. — А ты, Мартек, можешь и присесть... не следовало тащить тебя так близко, герцог за тобой никого не увидит... разгневается еще... — бубнил он.

Тут музыка заткнулась, оставив после себя только тревожную барабанную дробь, и как-то невзначай, будто подкравшись, возле центрального кресла нарисовался местный правитель. Как и в первый раз, когда я его видел, он был с ног до головы позолочен и посеребрен, да и сверкал камнями поболее всех остальных в зале. Ну, так ему положено...

Весь народ, включая тот, что находился за высоким столом, склонился, только мы — пониже, а они слегка. Потом герцог махнул рукой, а так как предполагалось, что мы этого не видим, жест снова озвучил барабан.

Все поднялись и возрадовались восторженными взглядами, уставившись на его светлость, тот напыжился и снова толкнул речь. Она, вполне уже традиционно, прозвучала кратко и содержательно. Одним предложением герцог поприветствовал всех присутствующих, вторым — нас, как победителей турнира, а третьим разрешил праздник начинать.

И уж не знаю, с чего так испугался магистр, что Мар его светлости все загородит, поскольку тот никого и не выглядывал, а пялился строго на нашу княжну. И даже было впечатление, что речь он толкал тоже чисто для нее.

Лично мне при этом, опять захотелось уволочь девушку, куда подальше, а сиятельное рылко набить...

Реализовать порыв я по понятной причине не мог, а потому, как и следовало, благополучно добрался обратно, до своего места за столом.

Стоило рассесться всем, а музыке опять упасть в тоне до невнятного мурлыканья, как в зал из низкой и почти незаметной дверки в дальнем углу, потянулась вереница слуг с полными блюдами и подносами в руках.

Короче, да будет пир!

Да оно и неплохо, поскольку жрать хотелось уже неслабо. Треволнений разных за последние пару часов пришлось пережить немало, а такое, как и труд физический, аппетит нагоняет основательно.

Но не успели первые блюда расставить по предполагаемым местам, как к нам подошел полный достоинства пожилой слуга и с поклоном пригласил Джену проследовать к высокому столу.

Все напряглись... кроме магистра. А вот для него, похоже, это приглашение было ожидаемо. На растерянный взгляд девушки он кивнул довольно и велел: «Ступай!».

Княжна испуганно оглянулась на брата, но потом собралась, и уже поднимаясь со стула, вздернула повыше подборок и придала лицу отстраненное выражение.

Когда она с сопровождающим отошла, Мар возмущенно прогудел удрученному Джеру:

— Ты здесь старший мужчина семьи и мог бы запретить ей идти!

— Да, я здесь старший, — покачал головой тот, — но так же, в этом мире мы не княжичи и равные герцогу, а простые рекруты Ордена — то есть, никто.

— Правильно мыслишь, мальчик, — свысока посмотрел на нас всех, растерянных, магистр, — проблемы Ордену не нужны. Да и что может случиться с твоей сестрой? Просто составит герцогу компанию и побудет на приеме первой дамой. Одна честь и благоволение из этого выйдет и никакого ущерба.

Ну, не знаю... при всех, вроде правильных доводах магистра, мне это как-то не нравилось.

Меж тем прием продолжался своим чередом.

На этот раз не сам герцог, который в этот момент был полностью занят Дженой и наваливал каких-то кусков ей на тарелку самолично, а его первый маг поднял кубок, провозглашая здравицу за правителя королевства Аридан, с каким-то трудно произносимым именем, и его светлость, как хозяина праздничества. А когда в зале подхватили клич и выпили за это, то стало понятно, что можно приступать и к еде.