— Господин Элдий, — влетела я без стука в одной ночной сорочке, — тише! Все хорошо, вы у меня дома. На вас напали хулиганы, вы были без сознания, и мы привезли вас сюда.

Выпалила я все на одном дыхании. Старик хмуро взглянул на меня, скривился, но орать перестал. Он явно пытался встать, но у него получилось только откинуть одеяло, скинуть на пол подушку и повернуться на бок.

— Ты кто такая? — буркнул он недовольно, — где моя одежда? И зачем ты связала мне руку?!

Он потряс сломанной рукой, словно хотел стряхнуть повязку, а потом принялся стаскивать с себя бинты и шины второй рукой.

— Не стоит этого делать, — заметила я, — у вас сломана рука. Лекарь вчера вправил перелом, но нужно целый месяц ходить с шиной. Тогда все заживет без последствий. А меня зовут Еляна.

— Дайте мне мою одежду! И немедленно развяжите меня! — Господин Элдий повысил голос.

Я прекрасно помнила, что он и раньше не отличался добродушных характером, поэтому не особенно удивилась. Но и терпеть не стала. Здесь не Дом Гильдий.

— Успокойтесь, — тоном не терпящим возражений заявила я. — Повторяю еще раз. На вас напали хулиганы, избили, сломали руку и поранили голову. Я подобрала вас и привезли в свой дом, потому что никто не знал, где вы теперь живете. И я не собираюсь удерживать вас в своем доме, прекрасно помню, какой у вас вредный характер. Как только лекарь позволит вам вставать, я сама лично найму повозку и отвезу вас туда, куда скажете. А пока лежите тихо, и не устраивайте скандалы.

Старик внимательно выслушал все, что я говорила, недовольно поморщился, но перестал теребить бинты на руки и пытаться встать. Наоборот, потянулся здоровой рукой, поднял подушку с пола и сунул под голову.

— Когда придет лекарь?

— Обещал утром, — ответила я. Несмотря на вредность, господин Элдий не дурак. А значит мы поладим.

— Я тебя помню, — буркнул он, — ты Елька, внучатая племянница Шохора из Нижнего города. И про харчевню твою много слышал. Стало быть хочешь в Среднем городе заведение открыть?

— Хочу, — улыбнулась. Значит память ему при падении не отшибло. А это хорошо.

— И как?

— Да, никак, — пожала плечами, — вы же знаете, что хорошее место трудно найти. Вот я пока и ищу…

Господин Элдий покивал, пожевал губами и замолчал. Я расстроенно вздохнула, почему-то показалось, что этот вредный старикан хочет мне помочь. Ошиблась.

Алис пришел еще до завтрака. Я была уверена, что он позволит нетерпеливому пациенту отправиться домой, но лекарь решил перестраховаться и прописал постельный режим еще на пару дней. Как ни странно, пациент даже не возмущался.

Вечером, когда я уставшая от еще одного дня бесполезной беготни вернулась домой, то удивилась тишине царившей дома. Лушка и Анни против обыкновения не выбежали мне навстречу с криками и радостными воплями.

— А где дети? — спросила встревоженно у Талы.

— Так у дедушки, — улыбнулась она, — они весь день там сидят. Ничем не выгонишь.

— У дедушки?! — не сразу поняла я, а потом рванула в комнату господина Элдия, представляя. Как за весь день мои дети довели старика до белого каления.

Я была готова к чему угодно, но в комнате было тихо, ни криков, ни воплей… Только когда я подошла совсем близко к чуть приоткрытой двери услышала, как господин Элдий что-то рассказывает. Заглянула в щель и увидела, что Лушка и Анни, сидя прямо на постели и приоткрыв рты, слушают то, что он им говорит…

Я кашлянула, перебивая рассказчика, и вошла. На меня внимательно смотрели три пары глаз, недовольные вмешательством.

— Дети, вы мешаете господину Элдию… Идите к себе.

— Ну, мама?! — возмутился Лушка.

— Мы же тихо сидим, — поддержала брата Анни.

— Да, ничего, — отозвался старик, — они мне не мешают.

Надо же… Удивительно просто какое единодушие. Вот уж не ожидала, что вредный старикан окажется таким любителем детишек. И о что они тут, интересно, делали целый день?

— Нам дедушка сказки рассказывает, — тут же отозвалась дочь, отвечая не мой мысленный вопрос. То ли это совпадение, то ли она на самом деле его «услышала», но мне стало жутковато. Эти способности меня пугали. Только я боялась не Анни, я боялась за Анни… Как она будет жить дальше? Люди не любят тех, кто настолько сильно от них отличается.

— Он Хранитель, — кивнул Лушка, произнеся это слово так значимо, как будто бы это должно было снять все мои сомнения и вопросы…

— Хранитель? — вскинула я брови. Я все еще ничего не понимала…

— Это семейная легенда, — неожиданно светло улыбнулся господин Элдий, — в которой говориться, что мой род был выбран Древними Богами Хранителем легенд и сказаний. Для этого нам была дарована удивительная память, способная удержать в себе все, однажды увиденное и услышанное. — Хорошо, что я так и стояла в дверях, смогла незаметно прислониться к косяку, потому то колени резко ослабли, а ноги перестали держать тело. Зато стало понятно, почему Анни рванула его спасать. — Это мне рассказал мой дед, а я хотел поведать своим внукам. — Он резко помрачнел и отвернулся.