Я нахмурилась. Уже вечерело. Мне совершенно некогда было вести разговоры. Я собиралась сегодня же найти нам дом, чтобы завтра с утра заняться переездом. Бегая по городу в поисках места будущей ресторации, я видела много подходящих домов, которые были выставлены на торги. Нужно только уговорить хозяев повременить с продажей и сдать дом мне. Кто-нибудь точно согласится.

— П-простите, — лекарь начал заикаться, — я так многословен… Я хотел предложить вам пожить в моем доме… Нет, вы не подумайте, ничего такого. Он совершенно пуст, там даже прислуги нет. Мне, видите ли, пока не по карману… а отец отказал мне в содержании… у нас с ним разногласия… по поводу профессии…

— Мне нужен хороший дом, — я все еще хмурилась. Сомнительно, что у казенного лекаря в собственности что-то просторнее Селесиной избушки. Если бы не слова по поводу прислуги, я бы просто поблагодарила и отказалась.

— Ну, — лекарь покраснел и опустил голову, — он не такой большой. Но гораздо больше этого, торопило добавил он, подняв на меня виноватый взгляд.

— Хорошо, — кивнула я, — давайте проедем и посмотрим…

Алис улыбнулся.

— А никуда ехать не надо. Он здесь, совсем рядом. Видели в конце улицы старый доходный дом? — Я кивнула, с подозрением глядя на Алиса, ведь он говорил о будущей ресторации. — Мой как раз по-соседству.

Я мгновенно вспомнила аккуратный соседний особнячок. Не очень большой, двухэтажный, без сада, но зато с красивыми балкончиками, с которых росли разноцветные примулы. От этого весь дом казался особенно уютным.

Не идеально, конечно, детям негде будет гулять, но очень прилично и совсем рядом с ресторацией.

— Если мы договоримся о цене, — начала я, но Алис так жалобно посмотрел на меня, что я запнулась.

— Госпожа Еляна, — вздохнул он, — видите ли… дом пустует очень давно, уже больше года. И если в самое ближайшее время кто-нибудь не начнет о нем заботиться, то, боюсь, к тому времени, когда я сам начну зарабатывать столько, чтобы позволить себе содержать его, — он снова не договорил. Вздохнул и закончил. — это мамин дом… Я буду безмерно вам благодарен, если вы просто будете там жить и присматривать за ним.

Это был просто подарок судьбы. Я даже ответить ничего не смогла, у меня перехватило дыхание. И просто кивнула.

В этот самый момент в коридор из кабинета вышел барон Грац. За ним семенила предательница-Тала. Алис резко отступил в глубину комнаты за своей спиной, но не достаточно быстро, чтобы барон Грац не успел его разглядеть…

— А, — фыркнул он, — так я и думал. Алис Голед собственной персоной. Что скажет ваш отец, молодой человек, когда узнает, что вы раздаете приданное матери сомнительным женщинам?

— Это не ваше дело, барон, — огрызнулся Алис. Он снова сделал шаг вперед, выходя к нам. И хотя в гостиной было уже довольно темно, я увидела, как он побледнел. — И можете передать моему отцу, что я не передумал и никогда не передумаю. Вы ведь и за мной следите по его просьбе…

Барон Грац раскатисто расхохотался. Но этот смех не был настоящим, глаза барона продолжали смотреть на мир с холодно и строго.

— Я поражаюсь вашему везению, госпожа Еляна, — обратился он ко мне, выделяя голосом «вы» и «госпожа Еляна», чтобы сразу стало понятно, как он к тому относится. А так же то, что он прекрасно слышал наш разговор. — Как вы могли умудриться и получить такое роскошное в вашей ситуации предложение от самого Алиса Голеда? А вы знаете, госпожа Еляна, что этот казенный лекарь совсем не так прост, как вам кажется?! — ухмыльнулся он, — это же сын самого…

— Замолчите! — перебил его Алис. Он побледнел еще больше и покрылся неровными красными пятнами, выдававшими его эмоции. — Замолчите! Это не ваше дело! Мой отец сам выгнал меня! Он сам сказал, что больше знать меня не желает! И я этому очень рад!

Алис кричал. А я стояла и смотрела в пустоту, онемев от того, что сказал барон Грац. Мне было известно, кто отец Алиса. Барон Голед — королевский лекарь…

У барона Голеда было два сына. Старший совершенно не интересовался медициной, предпочитая проводить время за воинскими тренировками, чем вызывал недовольство родителя. Тот пытался настаивать, но сын отличался чрезвычайно упрямым характером, и напрочь игнорировал все увещевания родителя. И лет десять назад, когда на границе Южной Пустоши случилась небольшая заварушка, отправился туда не лекарем, а воином. Это привело королевского лекаря в ярость, и он отрекся от сына и вычеркнул его из родословной.

Тем более тогда уже подрастал младший, Алис, отцовская надежда и гордость. Мальчишка с малолетства проводил большую часть дня в библиотеке за учебой, живо интересовался науками, особенно медициной. И именно ему прочили место королевского лекаря в будущем.

Я даже однажды видела маленького Алиса, но он тогда был совсем ребенком и вряд ли запомнил принцессу Елину. Тогда его интересовали исключительно книги. Он за тем и приходил к моему отцу. Просил разрешения посещать королевскую библиотеку…

Как он оказался в Среднем городе на должности казенного лекаря, я не знаю. Но догадываюсь. Судя по всему младший так же упрям, как и старший.

Вот только я не была уверена, что это везение. Я чувствовала себя бабочкой влетевшей в паутину. И понимала, лучше замереть и не дышать. Будешь шевелиться, и липкие нити спеленают тебя в плотный кокон, из которого не выбраться.

Во всей этой ситуации, оказался один плюс, о котором я даже сразу не подумала. Хмурый Алис привел меня не в домик без двора и с аккуратными балкончиками, а в другой. Тот, который стоял на улице, параллельно главной площади. Огромный особняк за ажурным забором, с парковой зоной и большим садом.