– Он отказался что-либо говорить мне и отправил к вам. И к господину Шереху.

– Вы идёте не в том направлении, харен, – голос господина Иерхарида звучал сипло.

– Возможно, – не стал спорить Ранхаш, – но мне нужно знать, что произошло, чтобы вычеркнуть всех причастных лиц из списка. Или оставить их там.

– Просто остановитесь. Я уверяю вас, что ни одно лицо, причастное к тем событиям, не может иметь отношение к нынешним. Я, – в глазах повелителя блеснуло что-то безумное, – сам позаботился об этом. А где не смог, помог господин Шерех. Забудьте и о господине Илише, и о хайрене Игренаэше, и о его учениках… Обо всём, что с ними связано.

– Господин, я не могу.

– Я приказываю! – разъярённо прошипел хайнес. – Вы меня услышали, харен? Не смейте лезть в это прошлое! Если я узнаю, что вы дознавались об этой истории у господина Шереха, я отстраню вас от расследования. Вы поняли?

– Да, господин, я понял, – Ранхаш поднялся. – Простите, что отнял ваше время.

Он уже взялся за ручку двери, когда его оставил непривычно суровый голос хайнеса.

– Я хочу вечером увидеть все ваши списки. Жду вас после заката.

– Боюсь, это будет невозможно, – Ранхаш спокойно посмотрел на повелителя. – Через час вы будете вынуждены отстранить меня от расследования.

Хайнес отшвырнул от себя стол и порывисто встал.

– Упрямый мальчишка! Ну так беги! Никто не остановит. Но он тебе всё равно ничего не скажет.

– И всё же я попробую.

Ранхаш вышел, закрыл дверь и одновременно с этим услышал хруст. Стража у двери переглянулась.

– Проводите харена, – раздался из-за двери ледяной голос хайнеса.

– Я провожу вас, господин, – тут же вызвался один из стражников.

Взгляд зацепился за его странно неподвижное лицо, какое бывает при наложении целительской магии при сращивании костей.

Ранхаш последовал за провожатым, продумывая на ходу, как бы половчее незаметно выбраться из движущегося экипажа и добраться до прадеда. Реакция хайнеса ему не понравилась, и Ранхаш подозревал, что ему всё же не позволят добраться до цели. А он теперь не остановится. Похоже, произошло нечто жуткое, страшное, раз сам хайнес потерял выдержку и так разозлился.

– Куда мы идём? – спокойно поинтересовался Ранхаш.

– Простите, господин, но главный маг распорядился перекрыть другой коридор, – виновато ответил стражник. – После недавней трагедии, что сотрясла эти стены, некоторые охранные знаки пришли в негодность. Наново наносят.

Ранхаш слегка опустил ресницы. Он, конечно, пользуется доверием хайнеса, но всё же сообщать, что дворцовая защита стала уязвимой, не следовало. Харен отстал на полшага и украдкой осмотрелся.

Яркий свет сменился сумрачным сиянием светильников, мужчины завернули в коридор, стены которого украшали яркие гобелены с прекрасными пейзажными вышивками. Вдруг стражник резко остановился и стремительно развернулся. Ранхаш мгновенно отступил, выпуская когти, и почувствовал дрожание пола под ногами. Он успел заметить улыбку на губах провожатого, а затем пол под стопами исчез, и он полетел во тьму.

Стражник спокойно подождал, пока плита вернётся на место, и шагнул к стене. Всё, как и сказал господин: подозрительность и осторожность сами загонят харена в ловушку. Мужчина начертил на камне символ, раздался тихий гул, и часть стены ушла внутрь. Прежде, чем войти в темноту, стражник схватил себя за лицо, стащил и смял в кулаке надоевшую маску.

Падение оказалось стремительным. Ранхаш скатился по узкому склизкому желобу и приземлился на каменный пол в кромешной темноте. Тьма была настолько плотной, что даже взор оборотня не мог проникнуть сквозь её покров. Слуха касались тихое журчание воды и звонкая, но редкая капель. Царила влажная стынь, воздух пах плесенью, гнилью и, как ни странно, водорослями. Осторожно разведя руки, Ранхаш нащупал за своей спиной влажную каменную стену, а впереди и по сторонам – пустоту.

Вдруг послышались частые-частые шлепки, будто кто-то бежал по воде. Ранхаш стремительно развернулся, вслушиваясь в приближающиеся звуки. Они становились всё громче и громче, отчётливее и отчётливее, тьма впереди словно бы зашевелилась. Ранхаш ясно видел, как более плотный сгусток черноты колеблется и движется. К шлепкам присоединилось тяжёлое дыхание. Харен дёрнулся в сторону, почти инстинктивно уходя от столкновения, и его шеи коснулись ледяные пальцы.

Господин Шидай уже успел взяться за ручку двери в кабинет харена, когда помощник в приёмной всё же поднял голову и сообщил:

– А господина нет.

– Как нет? – лекарь нахмурился.

– Ушёл почти час тому назад.

– А куда?

– Не знаю, – пожал плечами оборотень.

У Майяри нехорошо засосало под ложечкой.

Холодные пальцы лишь скользнули по коже. Ранхаш успел отшатнуться, а потом по наитию сделать шаг в сторону. Неведомый враг – харен даже мысли не допустил, что это может быть что-то потустороннее, – ошибся с очередным выпадом, и уже цепкие пальцы Ранхаша впились в его локоть. Локоть оказался костистым, сильным, и через одежду явно чувствовалось тепло, которого не было в ладонях. Резко дёрнув противника на себя, харен крепко ударил его коленом. Раздалось сдавленное шипение, враг попытался вырваться, но Ранхаш огрел его локтем, безошибочно определив в темноте положение головы по шумному дыханию. До слуха донеслось характерное ширханье, и харен поспешил отпустить противника и отскочить. Кончик носа обдало колебание разрезанного воздуха. Раздался шлепок, плеск, сгусток тьмы перед глазами качнулся, и Ранхаш дёрнулся вперёд. Но противник припустил прочь что есть сил, быстро-быстро хлюпая сапогами, а харен же по самое колено ухнул в ледяную воду.