Олд ничего не ответил. Тем не менее, спустя какое-то время старик обернулся, будто в первый раз решил взглянуть на человека перед ним по-настоящему.

— Ты странный проснувшийся. Большинство из них старается выжить или получить максимум пользы от пребывания здесь. Мало кто задаётся вопросами живя здесь.

— Так расскажите.

На некоторое время старик замолчал. Кроме свиста ветра, ничего не было слышно, но Олд продолжил:

— Знаешь, если поспрашивать, то, наверное, я самый старый здесь. Я родился в этой деревне и знаю лишь этом место. Когда мне было не многим больше пяти лет из этой ямы выбрался ребенок. Он был примерно моего возраста. Мы стали друзьями… Даже если он проснувшийся, он был ещё слишком наивен. Именно от него я впервые узнал, что кроме этой деревни, есть мир гораздо больше этого. Мир, что сильно отличается от этого места… Эти истории меня поражали, и я хотел бы послушать ещё больше. Мы часто приходили сюда, подолгу ожидая тех, кто проснётся. И мы помогали проснувшимся, провожая их в деревню.

Старик затих, вновь обернувшись к широкой дали лежащих тел.

— Что с ним стало?

— Умер в лесу… Лет десять ему тогда было. Нас отправили на охоту. Я слышал, как его тело перекусили пополам. Он был проснувшимся и поэтому смог прожить ещё дольше, растягивая свои страдания. — Старик произнёс это обычным голосом, будто рассказывал о вчерашней погоде.

— Так зачем ждать, когда кто-то проснётся?

— Я не жду проснувшихся…

Недостаток дурманящей травы — иногда жертвы забываются и говорят, всё о чём думают, даже если тебе это знать не нужно.

— Тогда что?

— Когда откроется дверь.

«Откроется дверь?». Раньше ещё никогда я не слышал такого термина.

— Что это значит?

— Ты говорил, что задаёшься вопросом, что это за место, верно? — Спросил старик.

— Да.

— Ты ведь уже спрашивал об этом у других? Что они отвечали?

— Что это обитель. — Недоуменно ответил я.

— Ты знаешь почему мы все так называем её?

— Нет.

— Потому что не мы придумали это название… Нам рассказали. Сказали те, кто пришли сверху. Такие же люди, как ты… Проснувшиеся. Они сказали, что мы живём в обители.

Обитель. Меня всегда волновал этот вопрос и сейчас я вижу, что этот старик что-то знает.

— Возможно во всей деревне, так считаю только я, а остальные даже толком не понимают этого значения, считая меня сумасшедшим. Ну и пусть.

Я задумался над его словами. Когда-то на Земле сжигали людей лишь за слова, что Земля вращается вокруг Солнца, ведь люди не могли видеть тому доказательств. Думаю, тоже и здесь: людям всю жизнь говорили, что это какая-то обитель, но для них это просто слово. Мне до сих пор сложно поверить в это и если бы я не наблюдал растения, что не могут быть на Земле, то скорее всего я бы также не поверил.

Но старик Олд не похож на сумасшедшего, а на того, кто действительно что-то знает.

— Я раньше слышал от стариков, что это обитель, но никогда не понимал, что это значит. С тем парнем, мы часто приходили сюда… Однажды прямо на вершине той горы, появилась черная воронка, из которой кто-то выпал. Проход появился лишь на время, чтобы моргнуть и тут же исчез. Мы были молоды и решили пойти посмотреть, а не говорить взрослым. Через час мы уже были на горе. Там мы и нашли того человека. Он был весь в крови, тяжело дышал и едва смог открыть глаза. Увидев нас, он спросил есть ли ещё здесь те, кто проснулся или другие. Он долго проклинал что-то на незнакомом мне языке. Он просил передать всем проснувшимся, что это место — обитель. Обитель, что подобна башне и он пришел с верхнего этажа. Тот говорил, чтобы мы не вздумали подниматься и жили здесь в безопасности. Когда мы вернулись в деревню нам никто не поверил. Придя на ту гору, там уже никого не оказалось.

Я посмотрел на ту гору, где по словам Олда проход на «второй этаж».

Теперь понятно, чего он ждёт. Олд ждет, когда вновь придёт кто-то сверху.

— Вы рассказали об этом Коварду? — Спросил я спустя время, вспомнив кое о чём.

— Да, позже я ему рассказал. Он был ещё молод, только проснулся и часто пугался всего вокруг.

На пару минут между нами воцарилось молчание.

— И это всё?

— Нет, тот человек сверху оставил кое-что… — Неожиданно добавил Олд.

Старик засунул руку под рубаху. Очень медленно он достал маленькую дощечку и протянул её мне.

Маленькая гибкая дощечка из странного фиолетового дерева. Двадцать на десять сантиметров. Она была очень тонкой, не больше миллиметра в толщину, и вся исписана странными символами, которые я не смог понять.

Я уже с двух сторон осмотрел её, так ничего и не поняв из написанного. И всё же что-то никак не отпускало моего внимания. Наконец я заметил один символ в верхнем левом углу. Маленький квадрат с завихрениями и прямыми линиями. Вот что заставило меня так долго разглядывать эту вещь.

Мне не был знаком этот символ.

Зато другие мои «я» прекрасно знали о нём.

Я вернул дощечку Олду и он тут же убрал её под рубаху.

— Вы долго рассматривали эту вещь… Что-то поняли, господин Акай? — Спросил старик.

— Нет.

Больше мы не говорили. Старик вряд ли ещё что-то знал. Он просто как глубокий верующий, ждет второго пришествия людей сверху.

Но я должен поблагодарить его, ведь он дал мне множество ответов, освободив голову хотя бы от некоторых вопросов. Даже если это было из-за одурманивающей травы.