Старик Юлий ещё долго рассказывал мне омерзительные вещи о том, что я должна делать для него и проснувшегося, но мне было слишком противно слушать.

На лице деда появилась ехидная усмешка, когда тот говорил.

Юлий прекрасно знал, что в доме на холме мало кто выживал и без зазрения совести продал меня. Теперь если мне захочется выжить, то придётся полагаться на проснувшегося. И как бы не хотелось признавать, но вполне вероятно мне придётся воспользоваться советами деда и ублажить этого нового человека в деревне.

— Я поняла.

— Иди. Только воздух засоряешь.

Не став больше ничего говорить, я взяла ведра и отправилась на реку.

Вся моя одежда была в отходах выгребной ямы и как бы отвратительно не было служить проснувшемуся, я не могла прийти в таком виде.

Быстро умывшись, я пошла в деревню за всем необходимым. Как же бесит, что этим неженкам за просто так дают еды, даже если они не на что не годны. Такая потеря для деревни и все это знают. Жаль только сделать ничего не могут

— Я пришла за едой для проснувшегося. — Сказала я человеку, который заведовал складом с едой.

Мне ничего не ответили и лишь швырнули в лицо небольшой мешочек с едой.

Такое отношение было в порядке вещей. Даже среди деревенских не все равны. Ведь от такой маленькой девочки как я мало какой пользы, а значит нет смысла быть вежливым.

Как-то отец мне рассказывал, что в той стране, где жил он была так называемая демократия, где все равны. Но слушая его слова о прошлом, мне всегда казалось, что это полная чушь. Просто показное позёрство.

Все равны?

Что за чушь. Такого никогда не будет. Над тобой всегда есть ещё кто-то.

Поэтому я не возражала против такого к себе отношения и спокойна взяла еду и отправилась на холм за деревней.

Последний раз там жили год назад. Один очень старый проснувшийся, который даже ходил с трудом. Но он умер уже через два дня.

Дом был всё ближе и ближе, а волнение возрастало. Дальнейшая моя жизнь зависит от одного человека.

Пробираясь через высокую траву, я не сразу заметила приближение чьей-то фигуры.

— Ты ведь это мне несёшь?

Новый проснувшийся подбежал ко мне с лёгкой улыбкой на лице и забрал ведра.

Уже первое впечатлении о нем у меня сложилось паршивым. Он, что действительно ещё не понимал, что он в полном дерьме? На его месте, я бы зубами вгрызлась только, чтобы уйти подальше от того места.

Тогда я просто хотела поприветствовать его и уйти, но он приказал следовать за ним.

Этот человек вёл себя слишком непринуждённо, для того, кто только недавно проснулся. От такого меня тошнило.

Мы подходили всё ближе к дому. Нервозность стала уже совсем удушающей. Пускай он сейчас ведет себя как идиот, но мне придётся на него полагаться.

Паршиво.

Мне пришлось остаться в доме, как только я оставила мешок с едой.

В голове проносилось множество мыслей о том, что мне делать. Как заставить его помочь мне? Что сказать? Помогать ли ему с монстрами? Но не успела я сказать хоть слово, как он прервал меня, поинтересовавшись как меня зовут.

Меня это ошеломило. Этот проснувшийся мешал мне сосредоточится и выводил меня из себя.

Ночь становилась всё ближе.

Каждый раз все проснувшиеся, которых я видела, впадают в панику. Один придурок и вовсе вбежал в лес.

Но этот Акай другой. Акай ведёт себя как ни в чем не бывало. Не знаю хорошо это или плохо…

«Анна, я только проснулся и всё, что происходит для меня ново. Возможно прямо сейчас рядом со мной происходит что-то, чего я не знаю и уже через час умру. Но тоже касается и тебя. Можешь поверить, чтобы не случилось, я утяну тебя за собой». — Вот, что он мне сказал.

Мне, кажется, или улыбка на лице это парня стала чуть шире. Он собирается убить нас обоих?.. Чертов засранец. Сейчас ему словно плевать на все обстоятельства и не собирается отпускать меня только потому, что хочет знать больше. Более того… Мне показалась или на мгновение у него было лицо другого человека? Видимо из-за голода у меня начались галлюцинации.

Мне стоило больших трудов, чтобы не сорваться и не объяснить ему в каком действительно мы дерьме находимся.

«Гааах!» — Как ещё большее издевательство над моими мыслями, вдалеке послышался рёв монстра.