— Чему мне радоваться? Что я бракованный товар?

— Я же объяснил, что это только повод. Я виноват в том, что дал повод Асейе причинить тебе вред. Она могла убить тебя. И это в моём доме, призванном защищать вверенную мне девушку! Не говоря уже о том, что я ещё раньше повёл себя хуже собаки, бросающейся на кость.

— Я сама предложила вам своё тело, — ответила я, следя за тем, как вздуваются вены на его шее и мощных руках. Мне хотелось дотронуться до них, провести пальцами по лицу, стерев с него выражение гнева и вины.

— Это меня не оправдывает. Я мог бы просто извиниться, и мы бы дальше пили морс, улыбаясь друг другу. А послезавтра за тобой придут и отправят на обряд Плодородия в качестве жертвенной девы. Я же предлагаю другую судьбу, для которой ты и рождена.

— Только Боги знают, для чего мы появились на свет, — тихо возразила я.

— Твои или мои? — Рэв подошёл близко и подняв меня, заглянул в глаза: — Ты ведь готовилась выйти замуж и родить законных детей, а не мечтала провести жизнь любовницей оборотня и его рабыней?

— Мне некуда возвращаться, — выдохнула я, загипнотизированная искрами жёлтого огня. В них я видела отражение того желания, которое снедало меня уже пару дней. — Никто не возьмёт меня…замуж.

— У тебя был жених? Он же любил свою избранницу?

— Если бы любил, не отпустил бы. Никогда, — прошептала я, дрожа и прижимаясь к его телу.

— А ты его? До сих пор любишь? И хочешь отомстить? — глаза Рэва угрожающе сузились, но он меня не оттолкнул и не отошёл.

Мне стало нестерпимо душно. Так, будто я задыхалась в толще воды, не в силах сделать глоток воздуха.

— Нет. В моём сердце нет места трусам, — покачала я головой и протяжно выдохнула. Кожа горела огнём, хотелось скорее снять одежду и подставить разгорячённое тело лёгком ветру, прилетевшему невесть откуда.

— Уверена? — хрипло спросил хозяин, обхватив руками моё лицо. Я кивнула. Он отпустил меня и отступил на шаг, скрестив руки на груди.

По мятущемуся взгляду Рэва я видела, что он колеблется.

— Почему я? Или тебе всё равно? — в голосе прозвучала издёвка, но меня было уже не обмануть. Я видела, как он хочет меня и разделяла это желание. Пятно на бедре горело огнём, который распространился и на низ живота.

— Я не знаю, — тихо ответила я и добавила еле слышно, прошептав одними губами: — Вы не хотите меня? Так и скажите!

Через секунду, словно подхваченная вихрем, я оказалась прижатой к нему. Рэв запрокинул мне голову и заглянул в глаза:

— Где хочешь? В доме?

— Нет. Я люблю лес. Здесь.

Рэв отстранился и стянул с себя рубашку, бросив на землю. Я изнывала от нетерпения, когда он бережно опустил меня на неё. Трава оказалась мягкой и совсем не колола тело. Сбросив мокасины, я наблюдала, как он раздевается, любуясь мускулистым телом и его мышцами, играющими под кожей.

На левом бедре оборотня красовалось такое же пятно, как и на моём. Я отметила это, но задавать вопросы сейчас совсем не хотелось, да и взгляд мой был прикован совсем к иному.

Его член и вправду оказался внушительных размеров. Я представила, как он будет скользить внутри меня, одновременно испугалась и сладко застонала в предвкушении.

Рэв потянул пояс на моём платье, оно раскрылось, подобно бутону цветка. Освободившись с его помощью от остатков одежды, я ощутила не страх, а лёгкое нетерпение. Истекали последние минуты моего девства, а я совсем о нём не жалела. В этот миг перестало существовать прошлое с его пустыми огорчениями, а будущее с возможными тревогами ещё не наступило.

Я с радостью ощутила на себе его тело и прижалась к нему, согнув ноги в коленях и широко разведя их, чтобы открыться навстречу новому, таинственному и пока ещё неизведанному, но от этого не менее желанному. Рэв гладил мои волосы и лицо, рассматривая их так, будто видел впервые.

Его лёгкие прикосновения к ключицам и груди лишь усиливали и без того жгучее желание. Хозяин дразнил меня и намеренно оттягивал проникновение. Я чувствовала его сильный член, еле касающийся моего лона, и из последних сил сдерживала себя, кусая губы, чтобы не умолять снова.

Взгляд Рэва приобрёл жёлтый оттенок, и на секунду мне показалось, что вместо превосходства и упоения властью в нём промелькнула нежность:

— Ты похожа на бабочку из Южных земель, — произнёс он, и в то же мгновенье я почувствовала резкую боль, раздирающую изнутри. Хозяин не отводил от меня взгляда, а боль росла, постепенно усиливаясь от его небольших толчков. Он безжалостно разрывал меня. Мысленно я молила только о том, чтобы его член поскорее заполнил меня, и, может, тогда боль исчезнет. Я стонала, но не отстранялась, понимая, что должна через это пройти.