— Привет шарику на ножках, — добродушно усмехнулась Ира с той стороны, машинально крутя на безымянном пальце золотое колечко. — Рожать когда?

— Еще три месяца.

— Да? Эка тебя, мать, разнесло…

Подруга была чем-то взбудоражена: румянец на щеках, огоньки в глазах…

— Ира, ты в порядке?

Собеседница хмыкнула:

— Да как сказать… Все еще пытаюсь найти способ прибить одного козлиного мага… Без ущерба для собственного здоровья и драгоценной жизни…

— Опять поругались?

— Если бы. Я скоро по твоим стопам пойду.

— В смысле?

— Ирма, не тормози. Беременная я.

— Опять?

— Угу. Снова. Третий месяц уже.

— Вартариусу мало наследников? — плодовитость бывшего мужа порой сильно удивляла.

— Вот у него и спроси при случае. Клянется и божится, что порошки перепутал. Мол, занят сильно был, голова не варила, схватил, что под руку попалось.

— Ты ему веришь?

— Какая теперь разница…

— Действительно…

— Ты что?

Предсказуемая реакция: изумление и недоверие.

— Психолог говорит, что это лучше, чем пить успокоительное. Своеобразная текстотерапия.

— Еще и психолог. Нет, я понимаю, гормоны играют. Но роман как терапия… Почитай хоть что-нибудь.

Я охотно потянулась за тетрадью.

Ира выдержала ровно пять абзацев, затем резко всхлипнула и закрыла лицо руками. Еще через четыре абзаца плечи подруги начали мелко трястись, с каждым предложением — все сильнее. Она… плачет? На одиннадцатом абзаце с той стороны зеркала взмолились:

— Ирма, хватит. Пощади!

Руки исчезли, показалось лицо. Подруга действительно плакала. От смеха.

— Я… Я умру сейчас… «Да, сударь, как изволите, сударь, никаких проблем, сударь, вечер чернильным пятном расплывался у нее по лицу»… Боги, за что? Мне, между прочим, в нынешнем положении запрещены сильные переживания! Вечер… Пятном… По лицу… Ирма… Ты там девять лет живешь!!! Девять!!! Сколько книг можно перечитать за это время! Нормальных книг, прошу заметить, а не всякую любовную муть! А общение с народом в реальности? Ты вообще хоть с кем-нибудь, кроме мужа, детей и домработницы, разговариваешь? Какие, к демонам, «судари» в настоящее время? Откуда это чернильное пятно на лице? Чернила давно исчезли в прошлом!!! Я уж молчу об уродливом пятне на лице несчастной! Да от нее шарахаться начнут, едва увидят с подобным украшением в приличном обществе!!!

Я привычно вздохнула.

— Тоша тоже ругается. Роман он еще не видел, а рассказы и повести… Говорит, что все тексты слишком мрачные и жалостливые.

— Какие жалостливые? Что за чушь? Да твоим романом любую затяжную депрессию на раз лечить можно: пока несколько страниц кое-как осилишь, от смеха точно помрешь. Поздравляю, подруга, у тебя получилось создать классный юмористично-пародийный роман. Твори. Издашь — психологи разгребут за пару дней.

И как на такое заявление реагировать? Обижаться, удивляться или радоваться?

Ирина:

Тираж первого романа разошелся в столице в рекордный для других издательств срок, всего лишь за каких-то пять дней. Отчасти такому невероятному успеху поспособствовал, сам того не зная, Император, щедро подаривший целых три экземпляра своим ненаглядным «дамам сердца», отчасти бескорыстно помог Лор, на которого я насела с требовательным криком: «У тебя полно знакомых среди аристократов! Вот и прорекламируй молодое издательство!» Дракон начал было отнекиваться, затем увидел горевшие энтузиазмом глаза Моего Сиятельства, сумел понять, что в ином случае с него живым не слезут, и покорно взял с собой часть тиража. Остальное разошлось благодаря яркой красивой обложке и выгодному расположению магазина: баронессы, графини, маркизы и герцогини частенько без дела прохаживались по той улице, обращая внимание на полупустую витрину. А так как основным пороком дам высшего света была несусветная скука, появление нового книгоиздательства женщины ожидаемо восприняли на ура. Выручка вся, к изумлению мужа, плохо знавшего меня как акулу бизнеса, пошла в оборот.

Вторую книгу мы с Зойкой, запершись на несколько часов в одной из гостевых спален, азартно сочиняли на пару, благо, в свое время обе начитались всякого, в том числе и разнообразных слезливых любовных романов. Получилось нечто среднее между «Рабыней Изаурой», «Анжеликой» и «Унесенными ветром». Озаглавили данный шедевр о несчастной любви прекрасной незаконнорожденной дочери столичного графа и бедного мелкого захолустного барона пафосно: «Высокие чувства маленьких людей». Если на обложке первой книги изобразили остров и на его фоне — фигуру одинокого мужчины, то здесь поместили черные силуэты мужчины и женщины, протягивавших издалека друг другу руки. Мол, две половинки, которым не суждено быть вместе. Тираж составил пятьсот экземпляров. Сотню, как и обещала, я отправила с Зимом свекрови, часть оставила себе и презентовала Дженерасу. Остальное разошлось за неделю. Дело однозначно пошло на лад.

Очередной разговор с Ирмой не только развеселил, но и заставил серьезно задуматься над созданием подобного юмористично-пародийного романа. Вернее, это для здешних читательниц текст будет юмористичным и фантастическим. Я же собиралась своими словами пересказать сюжет «Великого Гэтсби». Тираж в пятьсот экземпляров разлетелся всего лишь за пару дней, однако из задумки ничего не вышло: вместо попытки рассмешить высший свет несоответствием сюжета и реальности, я невольно заставила бесправных женщин восхищаться холодной главной героиней и любоваться ее бездумными поступками.