Зазвенел таймер духовки, и Марион сказала:

— Давай-ка поедим, пока окончательно не напились.

Они вместе порезали салат и положили себе по порции дымящегося кушанья.

— Вкусно, — сказала Кэйт. — Похоже на то, что мама обычно готовила на ужин. Она боялась и думать о том, что бы сказал Джулио, если бы мог это попробовать.

— Сегодня оно даже вкуснее, чем вчера. Я кинула туда все, что было у меня в холодильнике.

— На прошлой неделе, — сказала Кэйт, — я познакомилась с семьей фотографов. Они оба работают — причем очень успешно — но это не мешает им воспитывать двоих умных и ласковых детей.

— Может быть, ты расскажешь мне, как им удается уделять внимание детям, вести хозяйство, если они оба заняты полный рабочий день? Им нужно об этом написать книгу — они бы сделали на этом целое состояние.

— Их тайное оружие — миссис Винг, няня, которая занимается с детьми, она же кухарка и домработница. А что плохого в домработнице? Мы только и можем что таскать детей с собой на работу или запихнуть их в детский сад, других возможностей у нас нет.

— Не знаю. Им здорово повезло, что они смогли раздобыть такую миссис Винг, и им хватает денег, чтобы платить.

— А без миссис Винг они бы не смогли заработать деньги на то, чтобы ее нанять. Так что получается какой-то замкнутый круг.

Марион резко взглянула на нее.

— Кэйт, что это мы заговорили ни с того, ни с сего о какой-то миссис Винг и о том, как некоторые устраиваются с детьми?

Кэйт сжала салфетку, лежащую у нее на коленях.

— Рик и Полли заставили меня почувствовать, как сильно мне хочется иметь своих детей… может быть, не сейчас, потом когда-нибудь, — скороговоркой проговорила она. — Джулио — их крестный, они его просто обожают.

Марион рассмеялась.

— Можешь мне не говорить, я и так знаю, о чем ты думаешь — о том, какой из него, выйдет прекрасный отец. Кэйт, а ты часом не торопишься?

— Понимаю, что все это звучит глупо. И к тому же мы так поругались сегодня. Как бы мне хотелось заглянуть в будущее. Мне кажется, я поняла, чего опасаюсь… понимаешь, вдруг я перееду к Джулио, и мы будем счастливо жить вместе, но не будем заводить детей, потому что мы не женаты, а потом лет через пять все кончится. Что со мной будет? Опять начинать жить заново? А в тридцать пять поздновато искать мужа и рожать детей.

— Во-первых, ты не будешь дряхлой развалиной. А во-вторых, давай посмотрим правде в глаза — удачного возраста для того, чтобы найти себе мужа, просто нет. Мы уже в том возрасте, когда самые лучшие уже женаты, а когда они начинают разводиться, то ищут молодых девочек. Вот тебе Закон Марион: «У тебя всегда будет не тот возраст».

— Боюсь, ты права.

— Ну, хорошо, а если ты завтра выйдешь за него замуж, заведешь детей, а через пять лет ваш брак распадется? Что тогда?

Кэйт не знала, что ответить, пораженная ее словами.

— Будь реалисткой, Кэйт, такие вещи случаются. И нет никаких гарантий оттого, что вы обменялись клятвами.

— Мне ли не знать?

— Так используй эту возможность. Переезжай к нему и посмотри, что из этого получится. Сделай так, чтобы все было как нельзя лучше. Из того, что ты мне о нем рассказала, я поняла, что он не меньше тебя хочет иметь детей. Ты говоришь, он итальянец?

— Наполовину. Он как-то попросил меня показать ему, как ловить рыбу на удочку, чтобы когда-нибудь научить этому своих сыновей.

— Ну, вот видишь! Не так уж много вокруг мужчин вроде твоего Джулио. Хватай его, пока не поздно!

Еще долго после ухода Марион Кэйт сидела у телефона, не зная, нужно ли позвонить Джулио. Наконец она решила, что проявит твердость и не позволит, чтобы ею командовали. Она хотела быть с ним, но не за счет перемены собственной жизни. Если он действительно любит ее так сильно, как говорит, то должен найти какой-то выход, устраивающий их обоих.

Она взяла трубку, но тут сообразила, что не знает номера его телефона. Из-под рисовального столика она вытащила огромный том телефонного справочника Манхэттена. Была масса Фрэзеров — от Алисы до Уильяма, но ни одного Яна или Джулиано. Никто из них не жил на Одиннадцатой улице. Она должна была бы догадаться, что его фамилии нет в справочнике. Ей придется подождать и позвонить ему завтра на работу.

Она положила справочник опять под стол и повернулась к окну полюбоваться ночным небом. Оно сверкало золотым и розовым, отражая огни города. Внизу несколько человек прогуливали перед сном своих собак.

И тут она увидела Джулио. Он стоял под фонарем и смотрел вверх, очевидно пытаясь найти ее окна.

— Дорогой, я здесь, — прошептала она. Наконец он увидел ее и неуверенно махнул ей рукой. Она молча кивнула: «Иди сюда, ну скорее же, иди ко мне!»

Он постоял еще несколько томительных минут внизу, засунув руки в карманы плаща, с развевающимися на ветру волосами. Затем быстро пошел в сторону подъезда.