Месяц пролетел плодотворно и восхитительно. Днём Эспиро выгуливал то их обоих, то забирал мальчика с собой и что-то мастерил вместе с ним. Так, постепенно, Бравур обзавёлся целым коробом новых игрушек, сделанных совместно с полюбившимся ему Лоспирито.

Ночи привносили сказочные ощущения и дарили любовь и надежду на будущее.

На очередном сеансе связи Лидди намекнула о чём-то заподозрившему магу, что у неё наметились положительные перемены в жизни, и она наконец-то счастлива. На это магистр только спросил:

— На обряд-то пригласишь?

— Обижаете, Великий целитель! Обязательно! — ответила Лидди. — С датой мы пока ещё не определились, — нервно сообщила она. — Рэд так и не вернулся! И его амулет холоден и молчалив. Я ужасно переживаю за него! — пожаловалась дриада. — Скоро я выйду на работу…

— Можешь не торопиться, а решать свои вопросы. Ваша жизнь с Бравуром должна быть устроена в первую очередь! Работа не убежит, и спешки нет. Если будет необходимость, перенесём тебя порталом прямо в клинику. А пока отдыхай, набирайся сил и обустраивай свою жизнь.

Лоспирито был рядом с Лидди и сыном все эти дни, практически никуда не отлучаясь. А вот Фелисити и Рейлтар, часто уходили по делам вдвоём.

Поговорив с Фелис о своих чувствах и взаимоотношениях с её сыном, Лидия получила от неё одобрение в своём выборе и горячую поддержку.

Сегодня влюблённые вместе с сыном втроём пришли к морю. Эспиро за месяц научил мальчика плавать. Тот ощущал себя рыбой в воде. Но на его маму любовь к плаванию не распространялась. Она по-прежнему не любила морскую воду.

— Оно щиплет мою нежную кожу, — жаловалась дриада на море.

Мужчины посмеиваясь над ней, голышом входили в морские объятия. А Хрисалида исподволь любовалась идеально сложенным телом своего будущего мужа.

Девушка была счастлива, что оба её любимых мальчика нашли общий язык и теперь непринуждённо и весело проводили всё время друг с другом. Они со смехом нырнули в водную гладь и задорными рыбками носились недалеко от берега.

Накупавшись, они вышли на берег и, сев на горячий песок радом с дриадой, стали обсыхать, греясь в солнечных лучах. Некоторое время спустя Бравур снова запросился купаться.

— Дорогой, уже достаточно на сегодня, сейчас настало время обеда, мы уходим в дом. Давай вернёмся сюда немного позже? — предложила сыну Лидди.

Что-то её звало в дом. И это тревожное чувство никак не хотело покидать её мозг. Она нервно взглянула на идеально гладкую водную гладь. Ничего.

— Может, пусть ещё искупается немного около берега, и пойдём? — предложил Эспиро. — Поверь, он замечательно держится в воде! Да и что ему угрожает на мелководье?

Все доводы любимого казались такими логичными и вескими, что все возражения отпадали. Но неприятное предчувствие зудело на сердце.

— Милый, мне что-то не по себе! Не знаю, как это объяснить, но тревога не отпускает! — пожаловалась дриада.

— Мам, я только окунусь разочек, и мы пойдём, хорошо? — выбил уступку со стороны матери сын.

— Хорошо, Бравур! Только, раз обещал окунуться и выйти, надо выполнять! — строго предупредила Лидди, всё более пугаясь волнения, сжимающего её сердце.

Мальчик подбежал к воде и остановился у кромки водной стихии.

Дриада вскочила с места и ближе подошла к воде. Эспиро с улыбкой подошёл к возлюбленной и нежно приобнял её за талию, стараясь показать, что он с ней, и всё будет хорошо. Кивнув ему, дриада тут же обратила свой встревоженный взор на сына.

Мальчик, постояв немного на берегу, стал медленно заходить в воду. Постепенно погружаясь в неё, он дошёл до места, где ему было по грудь. Развернувшись к маме, он помахал ей и задорно улыбнулся. Зачерпнув живительную жидкость руками, пропуская её сквозь пальцы, он присел, чтобы погрузить в неё и плечи, а затем встал и начал выходить обратно.

Внезапно, откуда ни возьмись, над сыном дриады нависла огромная водяная стена, проявляясь в очертания могучего мужчины с косматой длинной бородой.

— Пора отдавать должок, дриада! — пророкотала волна басом.

Захлестнув мальца с головой, она потащила его в морскую пучину…

Пока Хрисалида беззвучно кричала, потому что голос отказал ей, Лоспирито стрелой метнулся к морю и нырнул за сыном.

Море успокоилось, и ничто больше не волновало водную гладь. Ни водяного, ни мальчиков над водой не было видно. В ушах стоял нестерпимый звон, в глазах всё померкло, и Лидди упала на песок без сознания.

— Любимая, проснись, — голос Эспиро настойчиво пробивался сквозь тягучее забытьё Хрисалиды. — Очнись, милая! Всё хорошо, слышишь?