— Да, а вот это самый большой вопрос всей моей жизни! Я не знаю, кто он, и где его носит.

Только рассказав обо всём этому мужчине, дриада испытала огромное облегчение. Но, с другой стороны, она поняла, что в его глазах теперь выглядит распутной и гулящей девицей с ребёнком на руках.

— Лидия, ты не знаешь, что это сейчас было между нами? Что нас кинуло в объятия друг к другу? — спросил мужчина.

Девушка неожиданно смутилась и опустила голову.

— Эспиро, возможно, это чары дриады, — помолчав немного, решилась она на новые откровения. — Когда нам кто-то очень сильно нравится, в нас активируется, не всегда осознанно, приворотная магия. Она источает флюиды очарования, притягивающие к дриаде избранный объект, — не поднимая головы и не глядя на сына хозяйки, рассказала Лидди.

— Правда? — удивился собеседник. — Надо же, а я и не знал…

— Прости! Пойдём в дом? — жалобно попросила она. — Что-то похолодало.

Не дожидаясь его ответа, Хрисалида стала быстро двигаться по направлению к дому. Лицо её пылало, и было жутко стыдно за всё, что тут произошло. Хотя себе она могла признаться честно. Если бы мужчина опять закрыл ей рот поцелуем после того, как она прервала его, то Лидди с большим удовольствием бы престала болтать, а растворилась снова и снова в тех ощущениях, которые он подарил ей.

Войдя в дом и поняв, что хозяева в столовой, Хрисалида, минуя это помещение, побежала к себе наверх. Сил разговаривать, и объяснять что-либо у неё просто не было.

Закрывшись в спальне, она переоделась и нырнула в кровать. Небольшие комнаты были смежными, и между ними была дверь, за которой мирно посапывал ни о чём не догадывавшийся сын.

Лидия сомкнула веки и мигом заснула из-за всех эмоциональных потрясений, свалившихся на неё сегодня за день.

Ей приснился Лоспирито. Он носил её на руках, восхищённо говорил различные комплименты и долго сладко целовал. Ей настолько нравились эти ощущения, что она не торопилась вырываться из сна, в котором мужчина уже не только целовал дриаду, но и перешёл к более смелым и интимным ласкам.

Эспиро проводил долгим тяжёлым взглядом убегающую наверх от него дриаду. То ли от смущения, то ли от волнения, девчонка несла всякую чушь про какие-то привороты, про то, что не знает, кто отец ребёнка. Наверное, так бывает у молодых мамаш? Но она его действительно чем-то зацепила. Так, что он не смог удержать свой порыв. Обычно сдержанный и по большей части равнодушный к женским уловкам, мужчина не смог остановиться в этот раз. Причин своему поступку он не находил. Девушка не соблазняла его, не строила глазки, зазывно не улыбалась и не пыталась с первого взгляда женить его на себе. Эспиро криво ухмыльнулся. Но то [{как}] она отвечала на ласки мужчины, просто сорвало в нём все запретные печати. Он был готов за ней ухаживать, носить на руках и слагать песни о её дивной красоте. Неужели Лидия права, и это только результат действия чар дриады? Нужно спросить у матери.

Поужинав с родителями, Лоспирито попросил мать остаться для разговора с ним.

— Мама, на самом ли деле дриады используют чары и источают флюиды очарования, притягивающие к ним мужчину? — спросил сын внимательно слушавшую его Фелис.

— Да, — удивлённо взглянув на него, ответила мать. — Но не всегда это происходит намеренно, милый. Иногда от избытка неконтролируемых чувств наши флюиды сами вырываются из-под власти их обладательницы.

— Скажи мне, а с отцом у тебя как всё было? Ты тоже очаровала его магией? — требовательно спросил сын.

— Нет, совсем нет! Он сам долго ухаживал за мной и добивался благосклонности до тех пор, пока его чувства не нашли отклика в моём сердце! Я влюбилась в него без памяти! — светясь от вновь, пусть только и мысленно пережитого счастья, ответила мать.

Поблагодарив её и нежно поцеловав, взрослый сын пошёл спать.

Утром Хрисалида проснулась и почувствовала в себе лёгкость. Сладкий осадок от эротического сна согревал сердце и душу ощущением счастья. Взглянув в окошко, дриада спохватилась. Вне дома уже вовсю властвовал день. Как же так? Обычно Лидди так долго не спала. А сегодня даже не заметила, как пролетела полная жарких снов ночь. Бабочкой вспорхнув с кровати, она, накинув тонкий халат, прошла в комнату сына и застыла в недоумении. Постель ребёнка была пуста и аккуратно убрана. А в комнате уже никого не было. Испытав лёгкий приступ волнения, дриада вернулась в свою комнату, снимая с себя на ходу халат и сорочку. Воспользовавшись комнатой для гигиены, она быстро оделась и спустилась вниз. Уже на нижних ступеньках волна воспоминаний о вчерашнем вечере невесомой горячей зыбью прокатилась по памяти девушки. Замедлив ход, она преувеличенно аккуратно сошла с последней ступени, чтобы снова не поскользнуться.

Казалось, что дом опустел. Не было слышно ни звуков речи, ни шагов. Куда же все подевались? Заглянув на всякий случай в столовую, она увидела под чистой салфеткой на столе оставленный для неё домовушками завтрак. Желудок тут же мстительно напомнил, что дриада его ещё вчера оставила без ужина. Не удержавшись, она взяла сладкую булочку и налила себе в чашечку липового чая, подсластив его мёдом. Скромно присев на краешек стула, словно она собралась убегать при первом подвернувшемся случае, Лидди принялась поглощать угощение. Быстро расправившись ещё и с пирожком, сытая дриада, прибрав за собой посуду, вышла на улицу.

День был солнечным и приятным. Тёплый ветерок ласкал кожу лица и играл в золотисто-зелёных волосах девушки. Лидди по тропинке отправилась к морю искать своего сына. Наверняка добрая Фелисити увела его играть к воде. Хрисалида только удивлялась, как мальчонка согласился пойти на прогулку без мамы? Обычно он капризничал, так как накрепко прикипел к родительнице, не имея более близких кровных родственников.

Искристо-белый песок нестерпимо яркой полосой лежал вдоль моря, отражая солнечное сияние до рези в глазах. Поэтому Лидия сразу и не заметила Бравура, но заранее услышала его счастливый заливистый смех. Сын с кем-то играл на пляже. Улыбаясь, Лидди вышла на берег моря и замерла от представшей перед ней картины.