— Не, он, похоже, свою личную жизнь налаживает, — я киваю в сторону подъезда, где здоровенный чел выясняет отношения с дамой.

Девушку не видно, но из-за плеча мужика мелькает хвостик тёмных волос и наводит меня на тёмные размышления. Я жму на клаксон и окликаю предполагаемого владельца авто:

— Эй, мужик, это твоя тачка? — мне не удаётся скрыть раздражение в голосе, но я и не на дипломатическом приёме, чтобы волноваться по этому поводу.

— Минуточку, — орёт бессмертный мужик, даже не потрудившись обернуться.

— Дай-ка я уберу этого весёлого гнома с дороги, — Геныч резво отстёгивает ремень, но я придерживаю друга за плечо, решив, что разберусь сам.

— Слышь, Ромео, боюсь, тебе одному не поднять стоимость моей минутки, — даю понять, что моё терпение на исходе, и тут этот му*ак поворачивается и открывает вид на свою собеседницу.

В ярком свете иллюминации я вижу свою Синеглазку и, готов поспорить, что вид у неё испуганный. Мои внутренние демоны оживают мгновенно и готовы рвать любого, кто посмел нагнать страху на малышку.

— Это угроза? — вопрос этого ушлёпка звучит с вызовом, и я не вижу причин для дальнейших дискуссий.

— Макс, поспокойнее, и левой не увлекайся, а лучше вообще в карман её засунь, — успевает вставить Геныч прежде, чем я покидаю салон.

В этот же момент Синеглазка вырывается из своего плена и со всех ног мчится ко мне.

— Марта, всё в порядке? — я шагаю навстречу, всматриваясь в её лицо. Её глаза широко распахнуты и мне хочется схватить её в охапку и спрятать за пазуху.

Синеглазка впечатывается в меня с разбегу и вся дрожит. Кажется, меня тоже начинает потряхивать, но не от холода — от того, как малышка смотрит на меня и облизывает губы. Девчонка успела вся промокнуть, но, кажется, её это совершенно не беспокоит.

— Я… Ты сегодня заходил, — лепечет она, а я вижу, что даже в темноте её глаза необыкновенно синие и на длинных ресницах дрожат капли дождя.

У меня по-прежнему нет ни одной версии, зачем я заходил, но малышка снова облизывает губы, и я ничего, кроме этих губ, больше не вижу и думать ни о чём не могу.

— Заходил, — мой голос внезапно сел и рискует пропасть вовсе, потому что Синеглазка цепляется за мою куртку, прижимается и тянется на носочках к моим губам.

— Как тебя зовут? — шепчет она, а мне хочется рассмеяться от нелепости этого вопроса и сожрать мою промокшую синеглазую девочку.

— Макс, — признаюсь ей, прежде чем накрыть её губы своими.

Я даже не пытаюсь запихнуть в её рот свой язык, а просто смакую эти податливые губы и получаю кайф на грани оргазма от почти невинного поцелуя со вкусом дождя.

***

Когда поблизости слышу возню, мозг оживает, а с ним включается режим самосохранения, который на хрен потонул в синих омутах моей ароматной девочки. Я приоткрываю глаза и сканирую окружающее пространство.

— Тихо, сука, никто не смеет мешать моему другу метить свою самочку, — приглушённо рычит Геныч, пытаясь утрамбовать здоровенного амбала в его тачку. — И мотором тут не рычи, а то ползком в свою норку отправишься.

Я успокаиваюсь и крепче прижимаю к себе Синеглазку. М-м-м, амброзия. Осторожно раздвигаю языком её губы и…

— Марта! — звучит слишком громко, грубо и собственнически.

Малышка вздрагивает в моих руках, распахивает, почему-то снова испуганные, глаза и резко от меня отстраняется.

Наш недавний Ромео уже убрался вместе со своим «ниссаном», но ему на смену уже мчится не менее здоровый лось. Кажется, мужик реально зол, а Геныч неприлично весел и уже подпрыгивает в нетерпении. Я не успеваю задать Синеглазке нужный вопрос — она отвечает раньше:

— Антон, — шепчет подрагивающим голосом, глядя на мужика и тут же отвечает на мой второй невысказанный вопрос, — это мой брат… старший.

— Брат? — хер его знает, кому адресован мой единственный короткий и тупой вопрос, потому что Синеглазка уже сорвалась с места и мчится к своему… б***… Антону.

— Макс, я тебе один умный вещь скажу, только ты не обижайся.

Глядя, как Геныч щурится от хлещущего по лицу дождя, я лишь сейчас ощутил холод и дискомфорт.

— Ну и? — спросил я друга и снова перевёл тяжёлый взгляд на Синеглазку с АН-ТО-НОМ.

Моя девочка яростно жестикулировала руками, пока этот буйвол не сводил с нас глаз, пытаясь её обойти. Хорошо, что хоть этот… БРАТ не из нашей шайки долбодятлов, и сейчас, уже изрядно вымокшую под дождём малышку, укрывает широкий купол Антошкиного зонта. Откуда вообще взялся этот пеший странник?

— Эта твоя… — Геныч явно подбирал культурное слово для Синеглазки.

— Марта, — мрачно подсказал я.

— Ну да! Так вот твоя маленькая резвая брюнеточка прямо, как эстафетная палочка во время экстремальных игр. Я уже с нетерпением жду, когда появится кто-то четвёртый и она ломанётся к нему.