— Уговорил, — миролюбиво согласился Геныч. — Слышь, а ты чо так загнался? Этот Антоний на чпокаря точно не тянет, да по-любому он её брат.

— Утром один брат, вечером другой, но главное — ни один на неё не похож.

Я и сам понимал, что все мои аргументы притянуты за уши, а подозрения не имеют устойчивой почвы.

— Эка невидаль — два брата! У нас в стране что, ограничена рождаемость? А непохожесть — это ваще бред! Гены, брат, это такая страшная сила и очень непредсказуемая.

— Да уж знаю одного Гену…

— Вот-вот! Ты давай, братуха, свали уже с этого балкона под горячий душ, а то расклеишься. Или ты здесь соседку свою пасёшь? — Геныч высунулся за балконную раму, рассматривая обстановку на соседнем балконе. — Гля, Макс, а это кто? Это не наш Антоныч? Да куда ты пялишься, вниз смотри! — рычит Геныч, когда я пытаюсь разглядеть вражескую морду на соседнем балконе.

Внизу, у подъезда, в свете иллюминации действительно наблюдается мужик, очень похожий на Антошку. И, кажется, он тоже слышит громогласный призыв Геныча, потому что поднимает голову. Это помогает нам убедиться в том, что мы не ошиблись, но Антошке его устремлённый вверх взгляд никак не помогает — иллюминация у нас только внизу и на крыше.

Решение ко мне приходит мгновенно. Я сколько угодно могу себя накручивать и продолжать злиться и мучиться в сомнениях. Или могу немедленно всё выяснить, и Антоха мне уже точно не помешает. Ну, а с мамой Синеглазки я как-нибудь договорюсь. А если папан? Тоже на месте определюсь.

— Слышь, мало того, что ты без подарков, необходимых для знакомства с соседями, ты на часы глянь — приличные люди уже давно отдыхают, — пытается вразумить меня Геныч. — Макс, давай я с тобой пойду, вдруг надо будет рыжую отвлечь?

— Геныч, а вдруг там мама? Давай постараемся сберечь её нервы.

У меня и в мыслях не было обидеть своего друга, да он и не мог на это обидеться. Геныч всегда был жутко обаятельным парнем и прекрасно это знал. Первый реакцией людей на него, особенно женщин, всегда был страх. Подобные эмоции были вызваны совокупностью нескольких факторов. Чересчур мощное телосложение, тяжёлая квадратная челюсть и причёска аля-призывник не вызывали доверия с первого взгляда. А вот восторженный интерес экстремалок частенько проскальзывал.

— Вы с Жекой меня притесняете, — преувеличенно оскорблённым тоном проворчал Геныч.

— Уверен, что даже бегемот в собственном болоте поостерегся бы это делать. Так что, не прибедняйся, друг.

***

Нажимая кнопку звонка у соседней двери, я приготовился встретить рассерженную поздним визитом маму Синеглазки, злого папу, или рыжую красотку, да даже утреннего знакомого, долговязого раздолбая Сашу. В идеале, пусть бы мне открыла сама Марта, но здоровый полуголый мужик, распахнувший передо мной дверь, никак не вписывался в уже сложившийся в голове великолепный план.

— Ты кто? — бесцеремонно спросил неизвестный тип, поигрывая грудными мышцами.

— Сосед в пальто, — прозвучало чисто на автомате.

— Максим, — донёсся из глубины квартиры голос Синеглазки, и за спиной мужика я увидел приближающуюся малышку.

Она запахивала на ходу халатик и руки её отчего-то подрагивали. Похоже, я не вовремя пришёл свататься.

— Ка-ароче, сосед, давай-ка…

— Тёма, хватит! — оборвала его Синеглазка. — Дай мне пару минут.

Она встала прямо перед мужиком, пытаясь оттеснить его бёдрами. Да это издевательство какое-то — тереться на моих глазах об этого…

— Макс, привет! — застенчиво улыбнулась Синеглазка.

— Давно не виделись. А это ещё один братец? — кивнул я на мужика, который и не думал никуда уходить и сейчас очень нехорошо ухмылялся за спиной малышки.

— Ну да, брат… старший, в смысле, второй. Это Артём, он приехал ко мне в гости из Москвы, — Синеглазка нервничает, голос заметно подрагивает, и она оглядывается, словно ищет подтверждения.

Она издевается?

— Второй, говоришь? Я так уже третьего насчитал, ты бы хоть записывала в блокнотик.

— Н-не-ет, Макс, ты неправильно понял, Тёма — он второй…

— Котёнок, ты что перед ним оправдываешься, ты ему должна что-то? Иди быстро в комнату.

Котёнок, значит, — отлично. Да на хрен мне это всё?! Уже проходил!

Я слышал, как котёнок фырчал и шипел на «второго брата», но мне разом всё стало похер.

Геныч, похоже, грел уши под дверью, потому что, когда я вошёл, друг сразу распорядился:

— Сваливаем, брат! Есть места, где нам всегда рады!

— Геныч, кажется, эта маленькая дурочка делает из меня лоха, а ещё она меня… боится, что ли…