— Что теперь? Ты рассталась с нормальным парнем, чтобы связаться с бандюгами? Ты забыла, как этот твой, с губами, собирался на меня броситься? А дружка его видела? Он же отпетый уголовник!

— Да ты сам провоцировал Максима и оскорблял его! И только благодаря его другу-уголовнику ты сейчас цел. Ты совсем не слышал, о чём я говорила? Игорь был со мной груб и не отпускал меня. Но ты считаешь его нормальным, а ребят, защитивших меня, бандитами.

— Надо было тебе всё же втащить хорошенько, может, заплывшие жиром мозги бы встряхнули, — вмешивается Тёма. — Валил бы ты, Тоха, домой, к своей Инне, а то, похоже, она давно тебя не удовлетворяла, раз уж для тебя поцелуй приравнивается к разврату.

Ой, что тут началось! При других обстоятельствах я бы попыталась защитить Антона. Ну, просто потому, что всем, на кого наезжал Артём, требуется подмога. Но не в этот раз! И я сбежала в ванную комнату с кружкой горячего чая. Теперь мне никто не мешает вспоминать эти несколько мгновений моего счастья и мечтать о том, что это может стать чем-то большим.

Но в мои прекрасные мечты всё время вторгается вопрос Максима про Сонечку. Зачем он спросил? Хотя, ведь это и так понятно — моя подруга слишком яркая и заметная, не удивительно, что Макс не забыл о ней. Но ведь он встретил меня на улице гораздо позднее… И поцеловал. Сонька права — мне стоит быть более уверенной в себе. И хватит уже этих серых и незаметных тряпок, мне показать, что ли, нечего?

Я встала в ванной в полный рост и повернулась к зеркалу. Мне бы грудь немного больше, ну хотя бы на полразмерчика, и бёдра чуть-чуть поменьше. Я повернулась боком — да — грудь и бёдра. Вот почему нельзя отщипнуть снизу и прилепить повыше, обязательно вносить в человека какие-то несовершенства? Слышала бы меня Сонька, дала бы пинка со словами «спортзал тебе в помощь». Вот интересно, а Максиму я понравилась бы совсем без одежды?

К тому времени, как я вышла из ванной, страсти уже улеглись. Оба моих брата сидели за кухонным столом и пили ром. Ну, пили — это, конечно, громко сказано, судя по количеству содержимого в бутылке. Ну, хоть не ссорились. Надеюсь, что это мировая.

— С лёгким паром, — проворчал Антон и мне очень захотелось обнять его за шею и поцеловать, но я вовремя вспомнила, что он говорил про Максима и думал про меня, и решила попридержать нежности.

— Спасибо, братишки-алкоголики! Надо же было Сашку позвать, а то как-то неправильно — мы все тут, а он как будто неродной.

— Да твой Шурик не знал, как отмазаться, — рассмеялся Артём, — он за минуту десять срочных дел придумал, лишь бы со мной не встречаться.

— А вот нечего его доводить! Тебе самому нравится, когда родной брат тебя боится? — вступилась я за Сашку.

— Да он нас всех боится, потому что бездельник. Привык за тобой прятаться, небось, спонсируешь его? — прищурился Артём.

— Не спонсирую, а иногда помогаю, а вам должно быть стыдно за такое отношение, ведь он ваш младшенький.

Дальнейшие посиделки протекали мирно, и Антон даже словом не обмолвился о недавнем инциденте. Он снова общался со мной как с самой любимой сестрёнкой, а уходя аж три раза поцеловал.

Когда раздался звонок в дверь, я уже была в постели, но подскочила, как ужаленная. Не знаю, откуда взялась эта уверенность, но я почему-то знала, что пришёл Максим, и хотела домчаться до двери первой. Только не сразу нашла халат, не бежать же было к нему в пижамных шортиках и топе.

— Сосед в пальто, — слышу я голос Максима и моё сердце готово выпрыгнуть из груди.

— Максим, — мой голос дрожит от волнения, и я тороплюсь, завязывая пояс халата на ходу.

Хоть бы Артём ничего не брякнул!

— Ка-ароче, сосед, давай-ка… — начинает брякать Артём, но я его прерываю:

— Тёма, хватит! Дай мне пару минут, — я встаю между ребятами и пытаюсь оттеснить брата.

Господи, ну почему он просто не свалит в кухню, почему всё так не вовремя? Я злюсь на обоих братьев и не представляю, как поговорить с Максимом наедине.

— Макс, привет! — стараюсь выдавить улыбку, но получается, наверное, гримаса.

— Давно не виделись. А это ещё один братец? — Максим кивает на Артёма, а мне хочется лягнуть ногой посильнее, чтобы моего вездесущего братца сдуло отсюда.

— Ну да, брат… старший, в смысле, второй. Это Артём, он приехал ко мне в гости из Москвы…

Ох, простите меня, Господи и мама с папой, но лучше бы и не приезжал.

— Второй, говоришь? — от голоса Максима мне становится холодно и неуютно. — Я так уже третьего насчитал, ты бы хоть записывала в блокнотик.

Какой блокнотик, зачем? Я беспомощно оглядываюсь на Артёма, который никуда не ушёл и почему-то улыбается. Чему он радуется, мне вот совсем невесело.

— Н-не-ет, Макс, ты неправильно понял, Тёма — он второй…

— Котёнок, ты что перед ним оправдываешься, ты ему должна что-то? — Артём вклинивается в мои объяснения очень резко и грубо. — Иди быстро в комнату!

Да что ж такое?! С чего они все взяли, что могут распоряжаться мной, моими чувствами, желаниями? Кажется, что-то такое я и выплёскиваю своему брату, отталкивая его от себя, но когда поворачиваюсь, Максима уже нет. А… где?