— Договорились. Всё, я побежал, надо отцу документы отправить срочно, — Марк поцеловал меня и ушел, тихонько прикрыв за собой дверь.

Уютно устроившись на диване в гостиной, я не смогла подняться к себе в комнату и так и осталась спать, прижимая к себе подушку, пропахшую ароматом любимого человека.

Утром, собираясь на учёбу, я мысленно уже находилась вместе с Марком в тёмном зале кинотеатра. Я еще не догадывалась, что этому не суждено было случиться.

Сегодня у меня были большие планы на Марка и вечер в целом, плавно переходящий в ночь. Я была рада, когда, наконец, пришло время собираться к нашему свиданию.

Выходя из душа, я сбрызнула пульсирующие точки своего тела, любимыми духами. Я знала, что Марк кайфует от этого аромата, он постоянно зарывался лицом в изгиб моей шеи и жадно вдыхал благоухающие нотки.

Марк, как-то сказал мне, что остальные девушки пахнут одинаково, диором или габбаной, и только я пахну для него морским бризом, целым садом цитрусовых деревьев и алмазной крошкой. Ненормальный.

Говорил, это заслуга не только духов, но и моего собственного аромата. Любил рассказывать, как этот запах въелся в его душу и даже через много лет, когда мы будем дряхлыми неузнаваемыми стариками, если он пройдет мимо меня в толпе, то сразу узнает этот аромат. Аромат нашей молодости, греха и неба.

Вот такой сентиментальной ерундой мы обменивались с ним в минуты нашей полной изможденности. В минуты, когда больше нет сил, даже пошевелиться, наша ментальная связь не дает нам передышки и лишь рисует образы нашего будущего.

Я надеваю облегающее платье, оно настолько узкое, что, пожалуй, для белья там места не остается. Образ завершается босоножками на высоком каблуке, лентами, переплетающимися вокруг моей лодыжки.

Спускаясь на первый этаж, я заметила, что Марк уже ждал меня. Он стоял у стены с фотографиями и разглядывал наши снимки, которые я успела повесить на видное место.

Он услышал мои шаги, повернулся, и тут я всё поняла. Его лицо было мрачнее тучи, что говорило само за себя.

— Ты уезжаешь? Когда? — не стала медлить.

— Сейчас, — Марк тяжело смотрел на меня, я знала, ему это всё тоже дается нелегко, — я узнал это сегодня ночью, отец забронировал мне билет на вечерний рейс, надо лететь, Птичка.

— Почему я узнаю об этом только сейчас? — грустно хмыкнула я.

— Я не сказал тебе сразу, потому что знал, как ты отреагируешь, не хотел портить тебе настроение заранее, — вымученно улыбнулся Марк.

Меня переполняли эмоции: с одной стороны, я жутко злилась на него, на его отца, за то, что нам приходится расставаться. А с другой, я понимала, что он должен быть там, где он нужен прямо сейчас.

— Я всё понимаю, — промямлила, — но не принимаю.

Я была так расстроена, что не могла дышать.

— Я скоро вернусь, Птичка.

Я могла лишь кивнуть в ответ, увы, мой голос будто испарился.

— Проводишь меня? — спросил парень, — такси уже подъехало.

И снова кивок в ответ.

Марк взял меня за руку, и мы пошли на улицу. Он держал ладонь очень крепко, и я чувствовала мелкую дрожь, пробегающую по его телу, которая разрядом отдавала в мою ладонь.

Мы вышли, Марк подхватил свой чемодан, который стоял на крыльце дома. Рядом стояла машина невыносимого желтого цвета, ожидающая пассажира.

Марк уложил чемодан в багажник и повернулся ко мне. Всё это было сделано без слов ни с моей, ни с его стороны, молчаливое принятие ситуации, к сожалению, только в сказке бывает всё иначе.

Только там парень и девушка повстречавшись живут долго и счастливо, и никогда не расстаются. Я чувствовала, как мою грудь сдавило от нахлынувших слёз. Было чувство, что мы прощаемся с ним навсегда.

— Венера, — прохрипел Марк. Я растворилась в его объятиях и больше не сдерживала своих слёз, рвущихся на свободу.

Мы долго стояли в этой позе, Марк аккуратно гладил меня по волосам, нашёптывая на ухо милые нежности. В один момент я подняла голову от его груди, и он обхватил мое лицо своими ладонями.

— Не представляю, как провести это время без тебя, Птичка, — прижал свой лоб к моему.

— А я… я что буду делать без тебя? — тихо спросила я.

— Дождись меня, ладно? Я закончу все дела и вернусь сюда уже окончательно, и вот тогда ты точно не отделаешься от меня никогда, — осторожно засмеялся Марк.

— Обещаешь?

— Обещаю, Птичка, обещаю любимая.

Я взяла его за руку и поцеловала выпирающие костяшки на согнутой руке. Марк укутался лицом в мои волосы.

— Ты так вкусно пахнешь, милая. Это мой самый любимый запах на свете, — прошептал Марк. Я лишь мягко улыбнулась в ответ на его слова.