Человек провел меня в церковь. В церкви находились несколько заждавшихся человек, впереди маячила девичья фигура в белом. Меня поставили рядом с этой фигурой, и священник принялся творить церковный обряд. Ситуация что-то мне здорово напоминала, но я не мог вспомнить, что именно.

— Поцелуйтесь, — сказал священник по окончании обряда.

Девушка повернулась и, увидев мое лицо, вскрикнула:

— Не тот! Не тот!

После чего упала мне на руки — я еле успел ее подхватить. Свидетели оборотили ко мне недоумевающие лица, но я, продолжая держать девушку на руках, молча вышел из церкви.

Положив обеспамятевшую девушку в свою карету, я крикнул кучеру:

— Пошел, Ермолай.

— Н-но, родимые!

Карета покатила прочь от одинокой церквушки. В тот момент произошедшее казалось мне забавным, но впоследствии я так не думал.

Люси Озерецкая, дневник

День моего венчания с бароном Енадаровым близится к концу! С бароном Енадаровым — какая горькая ирония! Если бы я знала, как все произойдет, я бы никогда… Успокойся, Люси, ты должна изложить все подробно и обстоятельно. Тем более, что муж у тебя имеется, хотя и не барон Енадаров, как еще вчера ожидалось.

Начну с принятого в моем роду старинного обычая, который было необходимо исполнить. Кажется, о нем я еще не записывала, поэтому по порядку.

Некогда моя бабушка, урожденная Митусова, венчалась вопреки воле своих родителей. Ночью она выбралась из дома и при помощи двух верных слуг добралась до условленной церкви, где ее поджидал жених. После венчания молодые люди бросились родителям в ноги и были прощены.

Брак получился удачным. В память о нем все заключаемые в нашем роду браки стали проходить в соответствии с данной традицией. Венчание происходит преимущественно в глухом месте, в какой-нибудь малолюдной деревенской церкви. Невеста добирается до церкви в сопровождении единственной служанки, аналогичным образом жених. Жених не смеет появляться в доме невесты до венчания — иное противоречит самой сути традиции. В церкви не присутствует никто из приглашенных, тем более родители: только свидетели.

В соответствии с этой традицией мне и предстояло венчаться. Как назло, с утра собралась гроза. Не успела я со служанкой выехать из дому в церковь, как начался проливной дождь. Потом загрохотали молнии. Несмотря на то, что я сжалась в своем экипаже от страха перед грозой, я ничего не боялась. Я же венчаться еду!

И вот мы в церкви. Барона Енадарова нет как нет. Служанка начинает растирать мне виски ускусной эссенцией, и в этот момент у входа слышатся крики: «Приехал! Приехал!». Приехал барон Енадаров, мой суженый.

Опустив от смущения глаза, я прохожу к аналою и встаю рядом со своим женихом. Священник творит обряд.

— Поцелуйтесь, — произносит он по окончании.

Я оборачиваюсь к мужу… и что же вижу??? Это не барон Енадаров, а незнакомый мужчина!!! Разумеется, я упала в обморок.

Когда я очнулась, то находилась в движущейся карете. Муж бил меня по щекам, приводя в чувство.

— Кто вы? — вскричала я. — И почему вы настолько не сдерживаете свою любовь, что похитили меня из-под венца?!

— Меня зовут Андреем, — сказал муж.

Андрэ был довольно симпатичным — пожалуй, не менее симпатичным, чем барон Енадаров. Среднего роста, широкоплечий, с голубыми глазами и ямочкой на щеке. Наверняка князь. И этот симпатичный князь был моим мужем, мы только что обвенчались! Оооооо!

— Мы едем в ваше имение? — спросила я.

— Нет, — сказал Андрэ.

— Куда же в таком случае?

— Я не знаю.

— Может, — высказалась я не вполне уверенно, — поедем ко мне в Сыромятино? У меня свадебное платье, такое красивое. Гости ждут моего возвращения. Праздничный стол накрыт.

— Куда ехать? — согласился Андрэ.

Я выглянула из кареты. Конечно, мы направлялись совсем не в ту сторону!

— Сыромятино там, — показала я направление.

— Ермолай, туда езжай, — зычно крикнул Андрэ своему слуге.

На ближайшей развилке карета развернулась и поехала в сторону Сыромятино.

— И все же, Андрэ, — спросила я мужа. — Вы не ответили на мой вопрос. Как вы решились похитить меня из-под венца?

— Любовь с первого взгляда, — отвечал Андрэ.

— Когда и где вы могли меня видеть? — вскричала я в волнении. — Я совершенно вас не помню.

— Так в церкви же, — отвечал Андрэ. — Едва я увидел вас, сразу решил жениться.

— Ах! Негодник! — вскричала я и от души засмеялась.

Тогда Андрэ привлек меня к себе, приобнял и поцеловал, точь-в-точь как на запретной картинке с Адамом и Евой, только не за кустом, а в подскакивающей на колдобинах карете. От тряски его рука оказалась на моей груди. Все равно, это было волшебное ощущение — целоваться со своим мужем.

И тут я подумала:

«Как же удивятся папан и маман, когда вместо барона Енадарова я привезу Андрэ?! Какой для них будет сюрприз!»