— Римор, — сказала серая фигура, — когда сегодня вечером вы споете о Терроре, спойте о планете, очищенной огнем, промытой в морской пучине, и, наконец, населенной богами, которые вернулись, чтобы править вселенной.

— При одном небольшом условии, Хирург. Вы сядете на первый корабль к Узлу и прыгните в первое сотрясение пространства, которое придет.

— Согласен, — сказал одетый человек.

Андрек посмотрел на возврат кредита на столе перед ним, и затем на человека, который положил его туда, и холод начал медленно ползти по его позвоночнику.

Джеймсу Андреку шел в это время двадцать восьмой год. Его лицо по-прежнему представляло собой странную смесь невинности и постоянного расследования, и оно более ясно, чем когда-либо, показывало влияние его прочного вооруженного перемирия с судьбой. В результате он оценивал каждый инцидент, и каждый момент времени только в отношении их вклада в ядро его существования, которое было непрерывным поиском брата.

Сыщик, нанятый два года назад, чтобы найти Омира, только что прекратил работу. Но что-то было не так; странно, ужасно неправильно.

Одноглазый человек позади стола наблюдал реакцию Андрека с мимолетной улыбкой, которую Андрек отметил с дальнейшей тревогой. Он был благодарен, что улыбка была короткой: в сочетании с блестящей повязкой на глазу и скрученным шрамом на щеке она казалась больше похожей на оскал.

Хантир говорил спокойно. — Позвольте мне сначала решить второстепенный вопрос. У вас есть итоговый отчет агентства о смерти капитана Андрека, вашего отца. Мы были в состоянии добавить очень немного к тому, что вы уже знали. Мы подтвердили присутствие корабля Ксерол в Узле во время сотрясения пространства восемнадцать лет назад. Он, конечно, погиб. Его тело, в конце концов, было найдено, и он был похоронен в космосе. Копии официального уведомления бюро флота находятся в нашем отчете. Мы считаем, что это закрывает расследование в отношении вашего отца.

Андрек ожидал.

Изучив своего клиента, Хантир продолжил. — Дон Андрек, расследование исчезновения вашего брата – совсем другое дело. Теперь мы поняли, что ошиблись, приняв это задание. Мы должны были понять это в самом начале. Наши затраты, связанные с нашим поиском вашего брата за последние несколько лет, составили семь тысяч гамма. Теперь мы возвращаем их.

Андрек уголком глаза тщательно наблюдал за двумя дородными помощниками. Один, тот, кого он распознал как Хасарда, лениво перелистывал картотеку. Другой заменял ленты в контейнере хранения данных. Андрек знал, что он вряд ли пострадает в течение следующих нескольких минут. Он сохранял контроль над своим голосом. — Кредит на десять тысяч.

Хантир пронзил адвоката вспыхнувшим зрачком, плохо скрытым полузакрытым веком. — Компенсация за нашу небрежность в трате вашего времени.

В игру можно сыграть, подумал Андрек, хотя бы ненадолго. Если Хантир хочет быть вынужденным свидетелем, тогда я буду проводить перекрестный допрос. Как будто мы находимся в суде. Но с принципиальным отличием. В суде свидетелю не разрешили бы убить меня, если я задам неправильные вопросы. Он поднял кредит с хорошо смоделированным жестом разочарования. — Компенсации мало, особенно когда я сам показал вам старые ленты новостей, доказывающие, что моего брата в последний раз видели входящим в Большой Дом, прямо здесь, в Горис-Кард.

— Это было восемнадцать лет назад. После стольких лет доказательства часто становятся очень туманными. Свидетели умирают, исчезают. Он изучал Андрека с явным томлением. — Вы не считаете компенсацию достаточной?

Андрек поиграл с кредитом и пытался звучать убедительно. — Это не очень много, после того, как мои надежды повысились так высоко. Когда я получил ваше сообщение сегодня днем, я был уверен, что у вас есть определенные новости. Как мог мой брат пропасть без следа? Омир Андрек был лауреатом, когда исчез. Он давал концерты на каждой большой планете Домашней Галактики. Его лицо было известно миллиардам.

Один глаз Хантира сузился еще сильнее. — Мы глубоко сожалеем о вашем разочаровании, Дон Андрек. При этих обстоятельствах мы удвоим компенсацию.

Мужчина за контейнером с лентами внезапно стал неподвижным, когда Андрек положил кредит в карман куртки, а затем расслабился, когда адвокат положил обе руки на стол.

— В этом нет необходимости, — сказал Андрек. Теперь он полностью понимал, что какое-то неизвестное ему лицо или лица заставили (а не просто убедили) агентство прекратить расследование, и что эта новая ситуация была только что доведена до его, Андрека сведения, для его полного понимания. И далее, что, если он будет упорствовать, он будет убит.

Он должен был тянуть время. У Хантира, конечно, была секретная информация. Пришло время сообщить сыщику, что он, Андрек, понял, что его обманывают. Кроме того, что он не мог сказать этого, сказав не так много слов. Еще нет. Поэтому он ничего не сказал, а просто поднял брови и уставился на сыщика.

Когда беззвучная инсинуация Андрека утонула в молчании, шрам Хантира начал светиться тускло-розовым цветом. — Это авторитетное агентство, — отрезал он. — Мы работаем в течение восемнадцати лет, у нас есть филиалы на каждой крупной планете Домашней Галактики. Мы служим уважаемой клиентуре. Даже Большой Дом нанимает нас. Для вашей информации, молодой человек, я был однажды в персональной службе Оберона Дельфьери. И я мог бы добавить, что Магистр все еще обращается ко мне для помощи в вопросах, требующих большого доверия. Так что, если вы не удовлетворены нашими результатами, вы можете пойти в другое место.