– Да черт с ними, с деньгами! – не унимался Вадим.

 - Давно ли стал таким щедрым?! – зло бросил Илья. – Или увидел вяленый человеческий труп и обделался от страха?

Вадим лишь стиснул зубы в ответ. Больше всего ему хотелось уйти отсюда и никогда не вспоминать об увиденном.

 -Ладно, - наконец, проворчал он. – Давай закончим быстрее.

 Лучи фонарей заплясали по стенам, когда пилоты двинулись дальше по коридору. Вадима не отпускало жутковатое чувство. Ему казалось, что древний кибермеханизм сейчас смотрит ему в след…

 Тусклый отблеск едва пробивался из-за полуприкрытых дверей, ведущих на главный навигационный пост корабля.

Илья замер в десяти шагах.

– Это штурманская рубка,- произнес Вадим, остановившись рядом. – Сам удивляюсь, как еще аппаратура в хлам не развалилась.

Он потянул массивную плиту двери на себя, попутно бросив взгляд на раскуроченный выстрелами электронный замок, и сделал шаг внутрь.

 Олег и Клео обернулись. Густой сумрак не позволил толком рассмотреть фигуры, и Вадиму показалось, что сама темнота ожила, превратившись в плотный сгусток.

Он едва не заорал с перепугу и шарахнулся назад, налетев на Илью.

 - Да ёж твою медь!

 Илья на мгновение замер с приоткрытым ртом; сказать, что он был удивлен, значит не сказать ничего.

 С трудом совладав с непроизвольным ступором, он произнес:

– Парень, ты как сюда попал?! Это ты произвел всплытие?!

Вопрос остался без ответа. Тумановский и Клео переглянулись. Олег не знал, что ответить – к собственному удивлению, он не подумал, как будет встречать «гостей» и как объяснит собственное присутствие на древней военном корабле.

– С тобой все в порядке, приятель? – подал голос Вадим.

Клеопатра шагнула ближе.

– Мэм? – с удивлением произнес Илья, распознав по фигуре женщину. Он повел фонарем, пытаясь разогнать тьму.

В белом луче блеснул тусклым бликом открытый технический слот на голове Клео. Декоративная заглушка из пеноплоти так и осталась лежать на краю пульта.

– Черт! – рявкнул Илья, невольно шагнув назад.- Это киборг! Вали его, Вадим!

 Он потянул из набедренной кобуры импульсный пистолет, на ходу активируя затвор в боевое положение.

 Вадим замер столбом, не желая верить в происходящее. Дурное предчувствие сбывалось с неимоверной точностью и быстротой.

 Олег хотел сделать шаг, попытаться остановить и все объяснить, когда ударил выстрел.

 Тесное помещение на миг озарилось бледно-голубым светом. С дульного среза «импульсника» сорвался синий разряд электростатитки.

 Пятимиллиметровый титановый шарик, разогнанный в стволе пистолета электромагнитным полем, ударил Клео в грудь с убийственно-короткой дистанции. Остов из сверхпрочного сплава, скрытый пеноплотью, выдержал удар, Клеопатру отшвырнуло на спинку кресла.

 Не глядя, она подхватила с края пульта «гладиус». Спустя мгновение ударил выстрел.

 Грохот в тесном помещении рубки показался оглушительным, Олег невольно присел.

 Илью отбросило на стену. Пуля ударила в голову, пробив гермошлем скафандра навылет. Осколки бронестекла вперемешку с каплями крови брызнули на стену. Импульсный пистолет вывалился из пальцев, мертвое тело медленно съехало по стене на пол.

– Клео, нет! – заорал Олег.

Но было уже слишком поздно. Клеопатра лишь повела стволом автомата, держа его одной рукой.

 Вадим тихо охнул и попятился, вслепую нашаривая пистолет в набедренной кобуре.

Он не успел. Вновь ударил выстрел. Безжизненное тело пилота завалилось на пульт управления, еще подергиваясь в предсмертной агонии.

 Тумановский замер, переводя полный ужаса взгляд с одного тела на другое. Его била нервная, неподконтрольная дрожь.

 - Зачем?! Зачем ты сделала это?! – наконец, рявкнул он, невольно сжимая кулаки.

– Эти люди хотели убить меня без каких-либо объективных причин. Я была не вооружена и не предпринимала никаких действий, опасных для них, - голос Клео как всегда, был спокойным и ровным, словно бы она сообщала о чем-то привычном, обыденном.

Олег задохнулся от нахлынувших чувств. С трудом совладав с собой, он произнес:

– Убить?! Чем?! Да для тебя выстрел из «импульсника» что слону дробина!

– Это не имеет значения. Их поведение было немотивированно-агрессивным. А высшая степень программной свободы подразумевает действия в собственную защиту, в том числе и противодействие людям в случае их неадекватного и опасного поведения. Такого, как сейчас.

– И что теперь предлагаешь делать?! – Олег, казалось, не услышал последних слов кибермеханизма. – Мы выбрались из такой передряги, что вспомнить страшно! И что?! Что теперь?!