Тумановский шагнул к двери, потянул на себя, вскидывая «гладиус».

Красноватый тусклый свет в коридоре бросал багровые блики на титановый остов двухметрового андроида пехотной поддержки.

До него было не более десяти шагов.

Открыть огонь Олег не успел. Реакция кибермеханизма оказалась намного быстрее.

Грохот пулеметной очереди разорвал тишину.

Тумановского отбросило назад. Закричать он не успел. Из легких вышибло воздух, в груди нестерпимо саднило. Пуля застряла в нагрудной пластине скафандра.

Олег закашлялся и повалился на бок, судорожно пытаясь сделать вдох. Мутный взгляд упал на экран – одиннадцать секунд до срабатывания контура.

Гонка на перегонки со смертью…

Тяжелая плита двери распахнулась от мощного удара. Кибермеханизм, гудя сервоприводом, шагнул в рубку.

Тумановский, тяжело и хрипло дыша, отполз назад, упершись спиной в край пульта управления. Движение было непроизвольным, на уровне рефлексов.

Мгновения, растянувшиеся в вечность…

Интегрированный в правую конечность андроида пулемет дернулся. Пустое сознание, готовое сжаться в точку, отмечало ненужные сейчас детали: поблескивающие смазкой острые навершия пуль, забранных в подающую ленту, черный зрачок ствола, исходящий едва заметным сизым дымком…

Три секунды до пробоя метрики…

Андроид шагнул ближе и нажал на спусковой крючок.

«Пробой метрики пространства».

… Жгучие лучи голубого солнца заливали равнину. От раскаленных камней струилось знойное марево, отчего казалось, будто полузасыпанный корпус древнего корабля дрожит, словно пытаясь сбросить толстые наносы песка.

Раздалось нарастающее гудение, идущее откуда-то из глубины. Камни и песок вдруг сдвинулись, теряя собственный вес; контур корабля объяло голубоватое, едва заметное в ярком свете, сияние. Раздался короткий шорох – слежавшийся грунт отшвырнуло от выщербленной брони корабля словно под воздействием невидимой силы. Остов древнего боевого андроида швырнуло о камень, и он застыл в изломанной, неестественной позе. Через мгновение ветвистая синяя молния ударила из голубого сияния в кибермеханизм, от чего он дернулся, словно пытаясь пробудится от тысячелетнего забвения.

Сияниенабирало цвет и глубину, полностью скрыв полуразрушенный корпус корабля. Тишину разорвал сильный хлопок, почва содрогнулась. Мгновение – и старый космический корабль исчез в ослепительной вспышке. В каменистой почве остался глубокий, безобразный разрез – часть грунта исчезла вместе с кораблем.

Упругой невидимой волной ударил ветер, закрутив десятки пыльных смерчей и швыряя раскаленный воздух на свежий шрам на поверхности планеты.

Через несколько минут пыль улеглась и вновь воцарилась тишина – теперь уже навсегда…

Борт патрульного корабля «Эпсилон-4». Сектор космического пространства между орбитами Марса и Юпитера.

Егор Вершинин тяжело вздохнул и бросил зачитанный до дыр журнал «Обитаемые миры» на край дугообразного пульта.

Вахта только началась, но скука уже успела ухватить в свои объятья – заняться было абсолютно нечем.

Егор – двадцатисемилетний высокий парень с по-армейски короткой прической – нахмурился и бросил взгляд вокруг, словно бы ища в тесном пространство рубки управления какие-то изменения.

Чем же заняться?

Размеренно попискивала аппаратура навигации, сферорадары, скрытые под радиопрозрачными колпаками, неустанно прощупывали пространство. На широком обзорном экране раскинулась иссиня-черная бесконечность Космоса, истыканная льдистыми искорками звезд. В правом углу светился сине-зеленым глазом массивный диск Юпитера. Когда-то эта картина космической вечности вызывала восхищение; сейчас же успела надоесть до тошноты.

Егор вновь вздохнул, встал с кресла и подошел к бытовому автомату. Коснувшись нужной кнопки, вытащил из поддона банку эрзац-сока и вновь вернулся на место. Только и оставалось, что потягивать напиток и созерцать «вечность» на экране…

Он едва успел сделать глоток, когда звонкой трелью взвыл сигнал тревоги.

– Зафиксирован пробой метрики пространства! Расстояние – две световые секунды! – тишину рубки управления нарушил ровный голос киберсистемы.

По экранам побежали ровные строчки данных.

Вершинин замер в кресле, держа банку с соком у самого рта, но так и не сделав глоток.

Сработали оптические умножители. Теперь на обзорном экране было видно будто в пространство кто-то бросил горсть серой пыли. Сгусток уплотнялся, расширяясь на глазах. Коротким росчерком ударила синяя молния, и из сгустка вылетело облако каменного крошева.

– Экстренный маневр уклонения! – тут же отозвалась киберсистема.

Корабль тряхнуло. Сработали двигатели коррекции, ударив золотистыми выхлопами и уводя корабль с опасного курса.

Егор от толчка слетел с кресла. Банка с соком покатилась по полу, расплескивая содержимое.

– Противометеорная защита активирована! – Киберсистема продолжала информировать о принятых мерах с невозмутимостью бездушной машины.

Изображение на экране поблекло, словно затянутое дымкой – корабль окутался в кокон защитного поля. Короткими вспышками обозначились точки попадания, небольшие каменные обломки сгорали без следа.