– Вот,- произнес он через несколько минут.- Здесь, на орбите Ганимеда, станция приема и переработки старой космической техники. Начальник мой хороший знакомый. Можно будет «перетереть» вопрос о продаже этого корыта.

– Да кому он нужен-то?- возразил Егор.- Ты видел кадры с камер слежения? Это во всех смыслах хлам! Непонятно, как вообще сумел «всплыть». Чудеса какие-то!

– Не скажи! – Илья покачал головой. – Года четыре назад это было. В «Обитаемых мирах» писали. Толком не помню, но суть такова - кто-то обнаружил на задворках Системы корабль. По каталогу не определялся. Как потом оказалось, армейский транспортник, построен почти семьсот лет назад. Пустой, весь в дырах. Человек права оформил на него и на аукцион выставил. Какой-то музей выкупил. Сумма, конечно, не разглашалась, но, я думаю, она со многими нулями.

Глава 16

– Ты представляешь, сколько это возни – оформить в собственность неизвестное, старое как мир, судно? – Вадим покачал головой. – Полгода – это минимум бумажной волокиты. Одними проверками замучают. Да этот хлам доставить до Земли – уже проблема.

– Вадим, может хватит тупить?! – Илья посмотрел на друга жестко и пристально. – Слишком умный? Или в категорию честных дураков записался? Я разве предлагаю тебе оформлять бумаги и тащить эту рухлядь через половину Системы?

 Он замолчал, посмотрел на экран, и продолжил:

– Поясняю для заторможенных. Я предлагаю сдать эту дырявую посудину на Ганимеде и получить деньги налом. Или вы оба слишком богатые и вам плевать?

– Да я так, к слову, сказал… - Вадим усмехнулся.

Егор бросил взгляд на навигационную карту на экране.

– До Ганимеда сутки ходу. Если с грузом – то полтора. Как объясним отклонение с маршрута? – спросил он.

– Никак! – жестко ответил Илья. – Кодограмму отправим сейчас. Все пункты – по нулям. Ничего не обнаружено. Следующую отправим с опозданием когда вернемся на маршрут. Выслушаем ворчание диспетчера о нарушении регламента, и на том все!

 - Как скажешь! – Вершинин, казалось, вздохнул с облегчением. – Ты у нас тут начальник.

– Вот и отлично! – Ростов поднялся.- Значит, я и Вадим на досмотр. Думаю, за пару часов управимся

… В рубке управления царил полумрак, аварийное освещение отключилось в момент выхода корабля в трехмерный космос. Пульт управления расцвел ядовито-красными огоньками глобального сбоя систем – практически полный отказ всего оборудования. Древний корабль, даже после тысячи лет забвения, все-таки смог вынырнуть из глубин Космоса, спасая случайных пассажиров. И сейчас, исчерпав весь запас живучести, превратился в мертвую развалину.

Тумановский, распластавшийся на полу, старался не «отключиться» - неконтролируемое вращение корабля вызывало тошноту и заставляло сознание «плыть».

Казалось, он уже ощутил на себе дыхание неминуемой смерти, но все-таки сумел ускользнуть. Пробой метрики опередил выстрел андроида на долю секунды. Момент всплытия в трехмерный космос сопровождался сильным толчком, от чего замершая фигура андроида рухнула с грохотом горного обвала. Сейчас он лежал в углу изломанной фигурой.

 С трудом поднявшись, Олег вынужден был сесть в кресло – ноги предательски дрожали.

Через несколько минут он почувствовал себя лучше. Включив фонарь, повел лучом вокруг. Неподвижное тело Клеопатры в соседнем кресле напоминало нетленный труп: застывшие черты лица, остекленевший взгляд.

Склонившись над пультом, Тумановский заметил, что несколько индикаторов тлеют мягким зеленым светом. Клео просчитала все ходы, задействовав резервные накопители энергии.

Набрав на клавиатуре длинный код реактивации, Олег принялся ждать.

«Пробуждение» произошло неожиданно.

Клеопатра вытащила шунт интерфейса из височного разъема и села в кресле.

Олег усмехнулся. Сейчас он даже позавидовал ей. Отсутствие эмоций, порой, есть благо.

– Как ты? – Тумановский посмотрел в лицо Клео.

– Реактивация успешна. Сбоев в работе подсистем не зафиксировано, - сухо ответила она.- Как прошло всплытие?

Тумановский развел руками.

– Как видишь. Если я жив, значит, все получилось. Только, боюсь, долго мы не протянем.Корабль превратился в хлам.

Клеопатра кивнула.

– Да. Я успела снять некоторую информацию. Внешняя сеть датчиков отказала полностью. Реактор еще держится, угрозы взрыва нет. Разгерметизация семидесяти процентов внутренних помещений. Сработали аварийные переборки. В коридорах, примыкающих к рубке, атмосфера присутствует.

– И что теперь делать? – Олег искренне надеялся, что боевой искусственный интеллект имеет по этому поводу хоть какие-то соображения. – Мы даже не можем позиционировать свое положение.

– Я чувствую вибрацию, - сказала Клео, полностью проигнорировав вопрос. – Что-то воздействует на корпус снаружи.