– Ну же, еб твою мать! – нетерпеливо прошептал Маркус, когда сканер вспыхнул голубым светом и еле слышно загудел. – Лара была бы довольна, что я вновь изменил собственным убеждениям. Быстрее, прошу. Сраная машина.

Сенсор будто понял ругань мужчины и, зависнув на пару секунд, тихо пискнул. Небольшой сквозняк, пробежавший по ногам, показался Маркусу просто тропическим бризом, дарящим негу и наслаждение, но мысли отступили, когда перед ним появился контейнер с драгоценным камнем. Дальнейшее было делом техники. Не зря Маркус все заранее прописал. Каждый шаг и каждое действие. Резко дернуть контейнер на себя, выхватить камень и положить на его место карту, отпустить контейнер.

Убегая по лестнице, он слышал, как шелестит дверь, а затем к этому шелесту добавилось и гневное восклицание, донесшееся из комнаты, где находился инспектор и директор фонда. Но Маркуса это уже не волновало. Он скрылся за дверью кухни и, махнув повару рукой, выскочил на улицу. Когда мужчина перемахнул забор и опустился на ноги по ту сторону, до ушей донесся противный вой сирены. К особняку бежали вооруженные люди в черных костюмах, но Маркуса это не волновало. Он, в свою очередь, бежал к старенькому ВАЗ 2101, который русские называли «копейкой». За рулем машины сидел Эл младший. Заурчал двигатель и машина направилась к аэродрому, где грабителей уже ждал самолет.

Инспектор Сирил Вилар пил. Пил безбожно, давясь горькой русской водкой, словно через пару часов небо упадет на землю и придавит каждого, кто проигнорировал этот вкусный алкогольный напиток.

Сначала он пил маленькими глотками, как все иностранцы, а под конец бутылки, когда водки оставалось на донышке, пил широко, с размахом, как настоящий русский человек. Закусывал солеными огурцами и сигаретным дымом, опустошал стакан и твердой рукой наливал новый. У инспектора Скотланд-Ярда, Сирила Вилара была обычная депрессия, вызванная какими-то мистическими происшествиями, случившимися несколько часов назад.

Инспектор с ненавистью посмотрел на две новых карты из коллекционной карточной игры и налил себе еще одну стопку. Взмах, тепло в желудке и соленый огуречный рассол, приятно щекочущий губы. Минутное опьянение и вновь почти трезвый взгляд. И вновь на чертовы карты, не пойми каким образом оказавшиеся в доме директора Алмазного фонда России. Ладно первая карта, которую инспектор нашел в чаше с фруктами, но вторая, лежащая в бронированном контейнере вместо драгоценного алмаза, вызывала куда больше вопросов. Вор, если он и был, словно насмехаясь, стащил сокровище из-под носа инспектора и охраны, денно и нощно патрулировавшей дом господина директора. Еще и подсунул карты. Карты из той же колоды, что и найденные в доме того мафиози, Анри де Латра, известного в Венгрии бандита по имени Золтан Ковач. Это сейчас он был преуспевающим бизнесменом, владельцем нескольких автомобильных заводов и пары-тройки дорогих ресторанов. Сирил читал о нем в рапортах заграничных коллег. Убийства, шантаж, грабежи, вымогательства – месье де Латр всюду выходил сухим из воды, насмехаясь над законом. И закономерно осел в пригороде Парижа, в милом особняке, который неизвестные воры вскрыли играючи. Еще и нагадили, в прямом смысле, в холодильник. Не своим дерьмом, а дерьмом собаки.

– Карма, сука, есть, - хрипло произнес инспектор, опустошая стопку с ледяной водкой, мгновенно запустившую горячую волну в желудке. – Крепка, зараза.

Он на минуту задумался, а затем взял в руки первую карту, найденную в нагрудном кармане де Латра. На картинке, яркой и живой, по-прежнему скалилось зубастое дерево, сулящее искателю приключений тысячу бед. Усмехнувшись, Сирил отбросил карту в сторону и взял другую, где был изображен Принц Воров.

– Ты хотел меня предупредить, Принц? – заплетающимся языком спросил инспектор, поднося карту к глазам. – И нихуя у тебя не получилось, да?

Принц смотрел на пьяного Сирила укоризненным взглядом.

– О чем ты хотел сказать, дружок? Про камень я понял. Что-то еще есть, да?

Принц молчал, а его улыбка бесила Сирила Вилара больше всего на свете.

– Щенок! – рявкнул он, хватив ладонью по столу так сильно, что звякнули пустые бутылки и одинокая стопка с блюдечком, на котором когда-то были соленые огурцы. – Смеешься надо мной, сук…чара?!

В дверь робко постучали. Сирил грустно усмехнулся и, долив остатки алкоголя в стопку, махом ее осушил, а затем негромко разрешил стучащему войти.
– Инспектор, можно?

– Заходи, Сэм, - кивнул он помощнице, которая вошла в номер.

– У вас все в порядке, инспектор?

– Нет, Саманта. Не в порядке. Меня поимели, как молодого… ик, долбоеба из академии. Из-под носа, Сэм. Из-под носа! – покачал головой Вилар, не слушая, что говорит девушка. Впрочем уши инспектора ухватили последнее слово.

– … будете?

– Водку? – с надеждой произнес он. – Водку буду!

– Чай, - улыбнулась девушка, поднося Сирилу чашку с горячим чаем, щедро сдобренным молоком. – Английский. Сергей Алексеевич прислал.

– Сергей Алексеевич – дурак! – буркнул мужчина, взъерошив непослушной рукой спутанные волосы. – Дважды я говорил ему усилить охрану, но нет. У дураков всегда свои планы, Саманта. А потом они винят в своих бедах других. Дураки же. Спасибо, Саманта. Чай превосходный. Но водка… водка лучше подошла бы.

– Вы пьете уже третий день. Достаточно, - мягко сказала девушка, присаживаясь на свободный стул и осматривая комнату удивленным взглядом. – Это что?

– Где? – спросил инспектор, проследив затуманенными глазами за рукой помощницы. – Картина.