Ленор медленно подняла дрожащую руку и с нежностью провела ею по шершавой холодной скуле чудовища, что когда-то было ее, пожалуй, единственным другом. «Никогда не думала, что меня расстроит твоя кончина, старикан», - подумала она и вдруг почувствовала резкую, похожую на укус насекомого, боль на большом пальце. От холода голова мутанта превратилась в настоящий камень, и девушка зацепилась за какой-то острый выступ на ней. Она слизала выступившую каплю крови и стала ждать, когда царапина затянется, но прошло секунд пять, затем десять, а царапина, как была, так и осталась.

– Что за ерунда?
– шепотом спросила Ленор.

Остальные этого не заметили, потому что девушка стояла к ним спиной, но они переглянулись между собой, не понимая, почему она так долго возится.

– Мне нужны те двое, что притащили нас сюда, - вдруг заговорила Ленор, и в ее голосе появилось что-то новое или давно забытое старое.

– Вы имеете в виду Леонида и Гектора?
– спросил Саймон.

– А еще мне нужен человек, который умеет взламывать многоэтажные пароли. Там очень сложная и продуманная система охраны.

– Похоже, ты, все таки, решилась, - улыбнулся Николас.

– У меня есть профессиональные хакеры, но они не бойцы. При первом же случаи их убьют, - признался Холт.

– Это не проблема. У нас есть один, который сможет работать на расстоянии, - вмешался следователь.

– Имеешь в виду ту чудачку с корабля?
– решила уточнить Ленор.

– Ее. Когда мы уходили, она дала мне свою визитку и любезно предложила помощь в случае чего.

– Давайте обсудим детали в более теплой комнате, - предложил Саймон, и его единогласно поддержали.

[1] 5 градусов по Фаренгейту = примерно -15 градусов по Цельсию.

Консилиум

Все прежним составом собрались в зале резко отличающимся по стилю от основной части сооружения. Он был оформлен в венецианском стиле, но не чистом, а с примесью чего-то восточного, однако удачно скомбинированном, не смотря на то, что это совершенно разные и уникальные культуры.

Рид, побрезговав этой слегка вычурной обстановкой, предпочел стоять под стенкой, которая как раз таки была расписана восточным орнаментом, рядом с торшером того же коричневато-оранжевого цвета, но с венецианским абажуром. Все остальные, а именно Ленор, Саймон Холт с секретаршей и собственно Леонид и Гектор, которых неожиданно для них позвали на этот консилиум, расположились на диване и креслах вокруг небольшого стеклянного стола.

Пока Шерон разливала кому чай, а кому что покрепче, Саймон пытался как можно быстрее и яснее объяснить двум своим подчиненным, сложившуюся ситуацию и их роль в дальнейшем. Оба мужчины слушали внимательно, изредка задавая вопросы. Леон, как всегда, улыбался, из-за чего на его лице уже давно появились характерные морщинки возле рта.Он явно заинтересовался в словах начальника. На этот раз на нем была простая хлопковая рубашка вместо боевой спецовки, но неизменно черного цвета.

Гектор же, подавшись чуть вперед, превратился в само воплощение внимания и послушания. Без своего железного доспеха он уже не казался таким огромным. Да, он был крупным, но и великаном его теперь не назовешь. Здоровяк был в майке. Должно быть, внезапно разбуженный посреди ночи, не успел одеться. Только сейчас следователь заметил на его теле, а именно в районе шеи и по все длине рук, кривые, смыкающиеся между собой шрамы, словно мужчину сшили из отдельных кусков плоти. На его левом мускулистом плече Рид заметил номер «02» и задумался, что бы это могло значить.

Оторвав взгляд от татуировки Гектора, следователь снова посмотрел на Ленор, как и всегда, находившуюся в задумчивости. Она напрочь отказалась снимать выделенную ей ранее дубленку. Рид не до конца это понимал. Здесь и правда было прохладно, но не на столько же.

Но это все было неважно по сравнению с другой, более существенной проблемой. Он снова и снова прокручивал в голове разговор с Саймоном Холтом, произошедший в момент, когда они ждали появления Ленор в его кабинете.

« - Я не хочу говорить это при ней, но, думаю, вы должны знать, - сказал тогда он, поставив перед следователем чашку с кофе, - Результаты анализа уже готовы, и я даже успел их просмотреть. Выводы весьма печальны. Ее пробелы в памяти это не просто аномалия. В мозгу здорового человека, как известно, в среднем пятнадцать миллиардом нейронов. Как думаете, сколько у Ленор?

Рид пожал плечами.

– Сейчас их число колеблется от девяти до восьми миллиардов. Я не медик, мне сложно это объяснить, но если говорить простым языком, ее мозг охватила какая-то болезнь, стремительно поражающая нейроны. За час уничтожается примерно два миллиона нейронов. Это значит, что в течении недели от ее памяти останется лишь белое пятно и соответственно девушка умрет сначала как личность, а затем и биологически, если процесс отмирания нейронов не прекратится.