Шрифт:
— В театре утеряно искусство умирать. Мордвинов его возродил. Умирает благородно, красиво, эстетично, нет патологии. Так умирали во времена романтической школы.
Калашников:
— Недаром за него так цепляются киноработники. Котовский у него получится.
Ю.А.:
— Хочу от тебя еще большей непосредственности, юмора, народности. Тянуть образ надо не к офицеру, а к народу. Великолепная у тебя пластика, сценичность, обаяние. Ищи еще больше мужества. Порой грубее.
Одна из основных задач театра — быть в центре событии — видимо, выполнена. Для театральной публики спектакль должен быть интересен. Ю.А. удалось заставить всех говорить на одном языке. Это украшает спектакль. Я не думал, что удастся сделать хорошее зрелище так быстро. Художник он настоящий, что и говорить!
Ю.А.:
— С чувством большой благодарности отношусь я к общей помощи при работе над спектаклем. Созданию его помогла внутренняя собранность, взрослость, настоящее отношение к своим обязанностям. Благодарю Н.Д. — он не получил достаточного материала, а сделал великолепную работу. Он сделал больше возможного.
25/IX
«НАДЕЖДА ДУРОВА»
Сегодня официальная премьера. Но состоялась она только наполовину. Удалось сыграть лишь четыре с половиной картины. Воздушная тревога. Жаль, что не удалось доиграть. Марецкую и меня встретили аплодисментами. Спектакль принимали на «ура». Много смеялись, аплодировали, но пришлось отправлять публику в убежище. Помогали им одеваться и провожали их до места.
Голоса из публики:
— Играйте. Наплевать на тревогу. Мы будем смотреть.
— Не дали, сволочи, досмотреть спектакль, — возмущался военный.
И действительно, после объявления тревоги поднялись такие аплодисменты! Публика требовала продолжения спектакля. Вызывали актеров. Требовали Ю.А. Когда он вышел — овации.
26/IX
«НАДЕЖДА ДУРОВА»
Спектакль пользуется безусловным успехом.
Храпченко [106] :
106
Храпченко Михаил Борисович (р. 1904) — литературовед, критик. Академик, лауреат Ленинской премии. Автор монографий о творчестве Н. В. Гоголя, Л. Н. Толстого, книг и статей по теории литературы. В 1939–1948 годах— председатель Комитета по делам искусств при СНК СССР.
— Очень большой спектакль. Театр растет от спектакля к спектаклю. Мордвинова-то отпустили или нет? Жаль. Спектакль потеряет.
В зале много ответственных работников, критиков, масса актеров. Спектакль удалось доиграть, хотя канонада была слышна.
Хвалят ансамбль.
Нашел хорошее прощание в 4-й картине с Надеждой Дуровой. Проводили аплодисментами.
28/IX
«НАДЕЖДА ДУРОВА»
Спектакль идет с громадным успехом. Аплодисменты не перестают отмечать тот или иной кусок. Смех сопутствует большому волнению. Отзывы великолепные. Те, кому спектакль не нравится (а такие есть), — молчат, не решаясь противостоять общему восторгу.
Афиногенов:
— Спектакль лучше пьесы (между прочим, он этого не говорил на «Машеньке» [107] ).
Ю.А. шепнул мне с гордостью:
— Нашу «тройку» [108] выделяют все.
1/X
Сегодня подписал договор на Котовского.
Был на «Лебедином озере» с Улановой [109] . Удивительная танцовщица. Смотрел, восхищался, завидовал. Так жаль, что мы, драматические артисты, не можем проводить свои занятия в такой системе, как это делают исполнители в любом искусстве. Все точно по правилам, резко очерчено: что, в какой последовательности, как проводить тренаж. У нас все — около.
107
Афиногенов Александр Николаевич (1904–1941) — драматург. В Театре имени Моссовета шли его пьесы «Машенька» (1941) и «Накануне» (1942).
108
«Наша тройка» — В. П. Марецкая, игравшая Надежду Дурову, Н. Д. Мордвинов — есаула Клименко и Ю. А. Завадский — исполнитель роли Александра I.
109
Народная артистка СССР Г. С. Уланова исполняла на сцене Большого театра партию Одетты — Одиллии в балете «Лебединое озеро» П. И. Чайковского.
Возможности каждого инструмента свои: у скрипки они, например, почти неограниченные, у балалайки они весьма скромные… Надо сделать свой аппарат податливым, послушным, выразительным, готовым к выполнению сложных заданий, какие возможны на скрипке, — а мы балалайки.
Я перестал забываться на сцене, появилось много противного расчета.
18/X
Театр отпустил меня сниматься в «Котовском».
Простился со спектаклем, с театром… Уезжаю с тяжелым чувством…
Театр покидало, если не навсегда, то надолго. Это ясно. В Москве очень тревожно…
Самое тяжелое — неизвестность… Мы все еще отступаем. Чувствуется, что основная война будет у стен Москвы. И я, хоть с командировкой, тем не менее — беженец, оставивший родной город…
В студии поставил условием, что поеду сниматься, если мне привезут семью. Привезли. Мы теперь вместе.
19/X
С большим трудом сели в поезд.
Леша и Люлька встревожены, но рады, что вместе. Поезд — специальный, для «Мосфильма», Большого театра и МГУ. Идет медленнее товарного. Теснота, духота, люди изнервничались. На каждой маленькой станции стоим по 2–6 часов. В Рязани начали появляться фашистские самолеты, отрезают дорогу, но их отгоняют, и бомбы рвутся где-то в стороне.
В последнюю ночь узнал, что все театры эвакуируются из Москвы. Театр имени Моссовета якобы тоже направляется в Алма-Ату.
Ваня [110] остается в Москве.
Мама с ребятами, с Манюшей [111] — в Курмыше…
Встретимся ли?
Останется ли что от Москвы? Так как если Москва — фронт, то бои будут за каждый дом.
Прошел также очень бодрящий слух, что к Москве подошли сибиряки. Это вселяет уверенность, что не так просто все будет.
110
Ваня — Иван Дмитриевич Мордвинов (р. 1913) — брат Н. Д. Мордвинова.
111
мать Н. Д. Мордвинова — Анна Степановна (1882–1968) и сестра Мария Дмитриевна (р. 1902).