Шрифт:
8/XII
Поклонился сердцу Шопена [328] , замурованному в стене костела.
5 часов — прощальный спектакль — «Шторм».
После представления вся труппа вышла проститься с публикой. Скандирование, аплодисменты, овации.
Зал нас полюбил — это очевидно. Дело сделано.
9/XII
В МОСКВУ
На перроне опять слова приветствия, прощания. Нет, народ взбаламучен, это ясно. Можно говорить пышные речи, но глаза не подведут, тепло, которым мы были окружены… так не сыграть. Да и не к чему было играть.
328
Согласно последней воле композитора его сердце захоронено в варшавском костеле св. Креста.
Ночью, перед нашей границей, простились с последними поляками, которые нас обслуживали, — гидами, представителями. Многие даже всплакнули: «Мы не жили так дружно и тепло ни с одной делегацией в Польшу»…
Ночь. Граница СССР. Вошел наш пограничник.
Я не утерпел, погладил его погон.
Хороша страна Болгария, А Россия лучше всех [329] .пел я последнее время в Польше и сейчас почувствовал со всей остротой прелесть этих строк.
329
Фраза из песни М. И. Блантера «Под звездами Балканскими» (стихи М. В. Исаковского).
Да, если еще как-то может за рубежом жить человек технической мысли, то человек искусства без Родины, как без воздуха.
10/XII
Концерт на границе для железнодорожников.
Теперь начинается самое трудное, что называется, будни — работы трудной, упорной, трезвой, пристальной. Начинается будничный труд.
Серьезно, вдумчиво, к будущему.
Завоеванных позиций отдавать лени не намерен.
11/XII — утро
МОСКВА
Дорогая моя Москва!
Сердце мое!
13/XII
«ОТЕЛЛО»
Сезон начали 13/XII.
Многое нужное для спектаклей еще не пришло, некоторые костюмы, парики.
Эти несколько дней нахожусь в прострации. Сплю — не сплю, а какой-то туман в голове и сознании.
Реакция.
Сегодняшним спектаклем доволен, хоть он и не подъемный, но деловой, рабочий.
Оркестр начал вяло, казенно… Сердце упало.
Я взял как-то по-новому, разрушил рисунок, вдруг неожиданная пауза. Все насторожились, оживились. А я еще и еще… меняю интонацию за интонацией, меняю мизансцены, приспособления, краски. Слушал, отвечал…
Нашел очень и очень много хорошего, простого, разговорного и увлек за собой остальных.
Это было очень интересно наблюдать. Вдруг насторожились, думали, что я забыл текст. Живое чувство, и мало-помалу втянулись в действие. Зал реагировал хорошо.
1953
8/I
Еще раз смотрел «Мазовше».
Какой-то свежий, легкий весенний ветерок на лужайке полевых цветов.
Удивительное искусство!
И как оно объединяет.
Правда, моему соседу по креслу это объединение явно было не по вкусу. Это так хорошо было видно. Этот американец был явно не на одной с нами дороге.
Но зал принимал ансамбль как своих близких, дорогих друзей и братьев. Так же был настроен и ансамбль.
Вот сила искусства!
Да, в какую дружную семью могут превратиться народы мира и какой праздник искусства они могут создать. Праздник дружбы, праздник человека!
Чудо, а не жизнь может быть.
Получил приглашение сыграть несколько раз Отелло и Арбенина в составе труппы Смоленского театра.
Подумаю.
10/I
Был на всесоюзной художественной выставке.
Появляется кое-что настоящее. Большие официальные полотна не радуют. Не найдено ничего.
Скульптуры Коненкова — Зелинский и Павлов — чудо как хороши. Хорош очень Филатов. Герасимов и Вучетич делают, по-моему, не полезное дело. При наличии явных талантов — застой в живописи и скульптуре.
13/I
Вчера опубликован репертуар театра [330] :
330
Речь идет о пьесах: «Рассказ о Турции» Н. Хикмета, «Большие хлопоты» Л. С. Ленча, «Аноним» С. Д. Нариньяни, «Беспокойная должность» А. Я. Кожемякина, «Сомов и другие» М. Горького.
Хикмет — Турция.
Ленч.
Нариньяни.
Кожемякин.
Горький — «Сомов». Я занят лишь в «Сомове» [331] , в наихудшей, но «ответственной» роли — Терентьева.
14/I
Смотрел в Малом «Северные зори» [332] .
Спектакль вызывает волнение в зрительном зале.
Со сцены на Мудьюге начался спад. Дальше пьеса идет рывками, то поднимется, как в сцене с матерью или со смертью старика, то упадет…
331
В дальнейшем Н. Д. Мордвинов отказался от участия в этом спектакле.
332
«Северные зори» Н. Никитина в Малом театре. Постановка К. А. Зубова и П. А. Маркова.