— Эй, что-то мне не нравится вот это напряжение между нами… — Саманта легонько коснулась ее руки. — Я должна быть честной, но ругаю себя за то, что обидела тебя…

Джен взяла ее за руку, их пальцы переплелись.
– Я понимаю твои чувства… Это ты меня прости, за то, что я поставила тебя в такое положение, — она пожала руку Сэм.

Это было перемирие — пусть шаткое, но все-таки перемирие.

Джен жутко хотелось спать. Она не смогла нормально отдохнуть накануне ночью, потому что волновалась и переживала насчет поездки. Теперь ее веки тяжелели.

— Откинь сиденье и вздремни, — посоветовала Сэм, заметив ее состояние. — Я хочу оказаться, по крайней мере, на расстоянии шести часов езды от Майами, и мне может понадобиться твоя помощь за рулем, пока мы не остановимся.

Дженнифер послушалась ее совета. Саманта протянула ей небольшую дорожную подушку и одеяло.
– Включи радио потихоньку… Мне это помогает уснуть.

— Слушаюсь, мэм… — хихикнула Джен, устраивая поудобнее подушку и натягивая одеяло до подбородка.

Джен любовалась профилем Саманты. Та рулила, подпевая мелодии, льющейся из приемника. Одна рука ее покоилась на руле, другая — на консоли между ними. Джен всегда нравились руки Саманты, особенно, когда они ласкали ее. Она вспомнила то ощущение, когда она взяла руки Саманты в свои ладони. Как и много лет назад, эти прикосновения согревали ее до самой глубины души.

Саманта часто поглядывала на спящую подругу — точь — в-точь так же, как когда-то давно, во время их побега из дома.

В отличие от Дженнифер, она не смогла тогда уснуть, и вернулась в переднюю часть фургона, чтобы проверить, как там Тим.
– Почему не спишь? — спросил он, кода Сэм опустилась на колени между сиденьями.

— Слишком устала, чтобы спать… — она оглянулась на Джен, которая свернулась клубочком под одеялом.
– Вы такие влюбленные, что аж прямо тошно иногда, — улыбнулся Тим. — Я думал, у тебя сердечный приступ будет сегодня, когда мы ее забирали.

— Я тоже так думала! Я боялась, что она передумает… - Ну, я то знал, что она будет на месте, — самоуверенно заявил Тим. — Она везде с тобой, куда бы ты ни пошла. Она только про тебя и говорит…

Саманта снова посмотрела на спящую. Ей хотелось верить, что она все так же может чувствовать ее. Просто удивительно, как сильно она хотела прижаться к Джен, свернуться рядом калачиком, почувствовать ее тело, и хоть минутку подержать ее в своих объятиях… Если бы она сделала это, смогла бы она отпустить ее снова?.. Одна эта мысль заставила Саманту отвернуться, и снова сосредоточиться на дороге.

Саманта вспомнила, как родители хотели забрать ее из школы. На шестом уроке по громкой связи объявили, что она должна идти к дантисту. Услышав объявление, Сэм опешила: она была у врача накануне, и ей не было назначено приема. От своего шкафчика ей был виден главный холл внизу. Там ее ждали родители. Саманта почувствовала, как к горлу поднимается желчь. Родители практически не общались друг с другом после развода, и их совместное появление показалось ей странным.

— Что происходит? — спросила Саманта, когда они увидели ее.
– Поговорим, когда вернемся домой, — резко ответила Джин, ее мать.

Саманта поняла, что серьезна влипла…

Семейство уселось за кухонным столом: Саманта за дальним концом, родители — с другой стороны.

— Вчера вечером, — начала Джин, — когда Дженнифер звонила тебе, я была на другой линии. И я слышала, о каких отвратительных вещах вы говорили.

Саманта вспомнил их разговор и побледнела. То, о чем они разговаривали, заставило бы дымиться даже телефонную трубку: Джен во всех подробностях смаковала, как ей понравилось, когда они были вместе в прошлый раз.

– Я не собираюсь сидеть и ждать, сложа руки, чтобы из тебя вырос заядлый гомосек! — гневно заявила мать. — О чем ты думаешь?

Саманта почувствовала, как ее лицо покраснело. Она заплакала, надеясь, что это произведет какой-то эффект. Но это не помогло.

— Откуда ты знаешь про все эти вещи, о которых вы говорили?! — голос Джин с каждым словом становился все громче. — Как ты вообще можешь встречаться с ней, после того, как вы занимались всем этим?

— Я люблю ее… — честно призналась Сэм.

— Нет! Нет, это невозможно! — выкрикнула Джин.

Саманта в гневе вытерла слезы.
– Да!! Я люблю ее!.. И вы не можете мне запретить!

— Давайте успокоимся… — впервые с начала разговора, подал голос Лестер, ее отец. Он выразительно посмотрел на Саманту. — Дженнифер — единственный человек, с которым у тебя… отношения?

— Да… — ответила дочь.
– Сомневаюсь, что это правда! — вмешалась мать. — Гомикам надоедает постоянство, поэтому они бегают друг за другом.

Саманта терпеть не могла, когда ее так называли, по крайней мере, когда это слово произносилось так, как сказала его мать — словно она была каким-то развратным животным.