— Вы очень догадливы, — проронила она.

— Он должен был вам сказать, что если ваш отец не приехал на обычном пассажирском пароходе, то на это у него имелись свои особые причины?

Она холодно посмотрела на него и согласилась:

— Совершенно верно.

— Алмазы не были продекларированы на таможне, не так ли?

— Да.

— Продолжайте, мисс Фарлен. Это очень интересно.

— Остальное вы знаете. В Сиднее меня ожидали неприятности с полицией из-за отравления отца. У меня отобрали паспорт, и я решила изъять его, потому что его отправили на проверку в консульство США. Я воспользовалась приемом и пришла туда, куда меня не приглашали. Народу было много, и я забралась в бюро консула незамеченной, но там меня застал Деланней. Он не сдал меня полиции, а вывел, не привлекая ничьего внимания.

Эдвардс нагнулся вперед:

— Это вас не удивило?

— Немного, но не тогда. Позже мы с ним это обсудили.

— Хорошо, — сказал Эдвардс. — Из-за того, что у вас не было паспорта, вы и выбрали такое малозаметное судно.

Она согласно кивнула:

— Я хотела уехать из Сиднея как можно скорее.

— Из-за алмазов?

— Да.

— Вы в этом уверены?

Она бросила на него резкий взгляд и повторила:

— Да. Я доверила шкатулку Гошу. Он мне объяснил, что «Марютея» идет в Сан-Франциско и что он поступил на судно матросом. Мы не могли вместе появиться на корабле, не вызвав подозрений. Гоша могли арестовать в любое время. С «Марютеи» высадили двух больных матросов, и Гош узнал об этом от Вана, с которым познакомился в порту.

— Это правда, Ван?

— Да, месье, — ответил Ван.

— Что же дальше, мисс Фарлен?

— На корабле я встретилась с Шоном Деланнеем. Денег у меня не было, и он заплатил за мой проезд. Я верну ему деньги в Сан-Франциско.

— Когда продадите бриллианты?

— Разумеется.

Эдвардс скрестил руки на столе:

— Скажите, мисс Фарлен, не хотели бы вы найти убийцу вашего отца?

Она вздрогнула и возразила:

— Я же о нем ничего не знаю.

— У вас нет ни малейшего подозрения?

— Нет.

— Вы лжете и противоречите сами себе, мисс Фарлен. Вы знаете, на каком судне прибыл ваш отец. На «Марютее», которая шла прямо из Кейптауна.

Даун ничего не ответила и лишь поджала губы.

— Это не очень-то ловко, — с иронией произнес Эдвардс.

— У меня не было выбора, — возразила она.

— Ну, это вы только так говорите, — прервал ее Эдвардс. — Шхун, слава богу, хватает, а о пароходах я и не говорю. «Лондон-Сити» снялась с якоря за сутки перед нами.

— Гош заключил контракт с «Марютеей».

— Да. Я его узнал, но ничего не сказал.

— Почему?

— Ждал, чем это кончится.

— А Арчер?

— Вероятно, тоже.

Она резко встала:

— Эдвардс, вы грубиян! Мой отец почувствовал себя плохо на «Марютее», и отравил его Арчер, который знал, что лежит в шкатулке.

В первый раз Гош решил заговорить:

— Месье Фарлен знал о признаках отравления дурманом. Он посоветовал мне следить за моим здоровьем. Если бы он умер до Сиднея, я должен был бы забрать у Арчера шкатулку.

Эдвардс повернулся к Даун:

— Вы с этим согласны?

— Да, — ответила она. — Для Арчера драка в кубрике явилась спасением. Я поняла, что ему было нужно, когда он позвал меня в свою каюту вечером, перед тем как его убили.

— Что он вам сказал?

— Он хотел разделить алмазы. Если я не соглашусь, он собирался сдать меня французским властям в Новой Каледонии.

— Каким же образом?

— Обвинив в отравлении отца и попытке к бегству.

— Но вы ведь и сейчас в бегах, мисс Фарлен?

Они обменялись взглядами, которые больше напоминали скрещенные рапиры.

— Я ищу убийцу Арчера, — продолжил Эдвардс, — что не советую вам выпускать из вида, мисс Фарлен. Не без причины вы выбрали именно «Марютею». Возможно, вы допустили большую неосторожность.

Она рассмеялась и сказала:

— Я почему-то почти уверена, что Арчер ввел вас в курс дела, Эдвардс.

Он поднял брови и спросил:

— Меня?

— Вы ведь первый его помощник, и скорее всего вы вместе составили план, как завладеть алмазами. Ну а случай помог вам. Если только это можно назвать случаем.

— Да вы сумасшедшая! Я находился на полуюте вместе с Сейджем, когда убили старика!

— Сейдж умер от вашей руки.

— Сейдж был моим свидетелем, — гневно возразил он. — Какая мне выгода от его смерти?

— Вероятно, он тоже являлся вашим сообщником.

— Что вы этим хотите сказать?

— Да то, что можно не делиться по-братски, а попытаться остаться одному и все забрать себе. Особенно если это на 200 тысяч долларов необработанных алмазов, которые не объявлены на таможне. Став капитаном, вы можете подделать все рапорты. Вы ведь здесь наместник бога, Эдвардс. Иногда это удобно.