Через несколько секунд лишь пепел устилал землю там, где прежде была змея.

Скайла бросила взгляд на Орфея.

— Ух ты.

Вот уж точно «ух ты». Но этого недостаточно. Орфей посмотрел на Грифона и тысячи змей под ним.

— Отдай мне амброзию.

Скайла протянула флакон. Внутри ярко сияла сине-зеленая жидкость, заполнявшая все до горлышка, словно ее и не использовали.

Орфей бросился к массе копошащихся тел и, как и Скайла, выплеснул содержимое на змей.

Шипение стало громче и смешалось с криками боли Грифона, затем возник едкий запах горящей плоти, и лес заполнился поднимающимся дымом. Змеи — все змеи — превратились в тлеющий пепел.

Орфей прошел по дымящимся останкам, залез на дерево и снял цепь с ветки.

— Держись, Грифон.

Тело Грифона со стуком рухнуло на землю. Чувствуя, как сердце бьется в горле, Орфей поспешил вниз и обнаружил, что Скайла уже опустилась на колени рядом с его братом, бросила рюкзак на землю и, достав оттуда одеяло, укутала дрожащие плечи страдальца.

— К-кто вы? — спросил тот, прижимая одеяло к окровавленному телу и дрожа так, будто они в Арктике.

— Я пришла с Орфеем, — ответила Скайла. — Мы здесь, чтобы тебе помочь.

Грифон повернулся к Орфею и в замешательстве наморщил лоб. А в светло-голубых глазах не было и следа узнавания.

Орфей опустился на колени рядом с братом.

— Мы вытащим тебя отсюда.

— Нет! — Грифон широко распахнул глаза и вскочил, сбив Скайлу на землю. — Я должен вернуться в город.

Его безумный взгляд метался вправо и влево. Тело под плотно прижатым одеялом вновь задрожало.

Орфей медленно поднялся. Примиряюще поднял руки.

— Полегче, Гриф. Здесь тебя никто не обидит.

Краем глаза он видел, что Скайла поднялась и обходит Грифона с другой стороны.

— Нет, — сказал тот, отступая и давя окровавленными босыми ногами пепел и острые обломки камня. — Это ловушка. Это новая пытка. Я не останусь. Вы не заставите меня остаться! Я найду дорогу обратно в город.

Орфей не знал, о каком городе говорит брат, но боль в голосе Грифона сказала ему, что тот видел и испытал такие ужасы, которых не должен переживать никто. Орфей осторожно приблизился к брату.

— Не будет никакой ловушки и никаких мучений, обещаю. Мы здесь, чтобы тебя спасти.

Грифон ударился спиной о почерневший древесный ствол. От страха белки его голубых глаз стали еще заметнее.

— А кто спасет вас?

Орфей посмотрел на Скайлу. Ее ответный взгляд говорил: «Хороший вопрос».

Орфей подступил еще на шаг.

— Грифон…

— Демон, — прошептала Скайла. — У этих лесов есть глаза. Я их чувствую. Надо поскорее выбираться отсюда.

Орфей ощущал то же самое. Волосы на его затылке встали дыбом.

— Слушай, Гриф, нам пора идти. Обещаю, ничего плохого не случится.

Грифон поднял укрытые руки и с силой сшиб Орфея на землю.

— Нет!

Затем метнулся мимо брата и помчался в поле.

Он был настоящий. По крайней мере, здесь, внизу, его душа обладала массой. Испытывая головокружение от удара, Орфей перекатился на живот и встал. Скайла бросилась вслед за Грифоном и настигла его возле зарослей травы, которые путники пересекли ранее. Сирена рванулась вперед и схватила беглеца за пояс. Оба со стуком свалились на землю и исчезли из вида.

Орфей с трудом поднялся и помчался следом. Когда он добрался до зарослей, Скайла вдавила колено в голую грудь Грифона, чтобы удержать его, а ладонями прижимала к земле руки несчастного.

Орфей замедлил бег и в пораженном неверии приближался к паре, чувствуя, как сердце окутал туман, а голова не в силах воспринять увиденное.

Его сильный, гордый, неуязвимый брат плакал.

Скайла взглянула на Орфея.

— Помоги мне! Он ужасно силен.

Орфей опустился на колени рядом с ней, трясущимися руками поймал Грифона за запястья. Боги… Эти проклятые боги.

— Мы поможем тебе, Грифон, — сказал он дрожащим голосом. — Обещаю, адельфос. Обещаю, с тобой больше ничего не случится. Мы здесь, чтобы вытащить тебя. Клянусь.

Глаза Грифона расширились. Он прекратил борьбу.

Его полный ужаса взгляд метался по сторонам.

— Она идет. Она идет. Они оба идут…

Его слова эхом пронеслись по округе. Орфей бросил взгляд на Скайлу. И увидел в ее глазах отражение своих безрадостных мыслей. Кто бы ни были «она» и «они», надо убраться отсюда задолго до того, как кто-то появится.

Вместе они подняли Грифона на ноги. Пока его укутывали в одеяло, он отчаянно шептал, выплевывал бессмысленные слова, бросал по сторонам нервные взгляды. Поскольку с его окровавленными ногами ничего нельзя было сделать, Орфей обхватил спину брата и закинул его руку себе на плечо.