Где-то вблизи послышалось рычание. Грифон узнал рык адских гончих, ожидающих пира.

— Не делай глупостей, — предупредил Орфей.

— Уточни, что значит «глупость», — огрызнулась женщина. — Сейчас подойдет все, что угодно.

— Ты причинил мне немало проблем, герой, — шутливо проговорил где-то рядом Аид. — Ты находишь сферу, уступаешь ее моей вероломной жене, вновь находишь, а затем опять теряешь из-за происков колдуна. — Бог подземного мира усмехнулся. — Очень по-геройски получилось, да?

Сфера.

Мозг Грифона выцепил это слово, и в памяти вспыли все подробности падения в преисподнюю.

Орфей не ответил, лишь стиснул зубы и уставился на бога.

— Душа героя — штука ценная, — продолжил Аид, очевидно, поняв, что не дождется от Орфея реакции. — Но есть вещи и подороже простой души. Отдай сферу и можешь убираться со своей бандой мародеров.

«Не верь ему». Паника наполнила грудь Грифона. Неважно, через что прошел он, но если Аид получит сферу в свои руки, для многих все станет в миллион раз хуже.

— Не обращай на него внимания, — прошептала женщина рядом с Орфеем.

— Да, послушай ее! — закричал Грифон, с трудом поднимаясь на ноги. Но когда он коснулся руки брата, ладонь прошла сквозь кожу, кость и мышцы.

Глаза Грифона расширились. Подняв руку, он понял, что через нее видит каменные стены пещеры. За его спиной рассмеялся Аид.

— О, как, должно быть, неприятно потерять материальное тело и стать призраком. — И продолжил жестче: — А теперь отдавайте сферу. Мы с женой начинаем уставать от этой драмы.

Персефона вздохнула.

Орфей бросил сожалеющий взгляд на Грифона и протянул руку к груди, где что-то находилось под рубашкой.

— Орфей, нет, — вновь предостерегла женщина.

— Я не позволю ему отправить вас обоих в преисподнюю, — пробормотал Орфей.

— Если ты отдашь ему сферу, весь мир станет преисподней, — возразила она. — Не делай этого.

— Скайла…

В одном этом слове прозвучала агония и эмоции. Эмоции, которых Грифон никогда не слышал от брата. Обещание и боль, и будущее, которое никогда не наступит.

Грифон взглянул на свои руки. Дрожащие, призрачные руки. Его душа в человеческом мире. Он свободен. У него нет тела, но душа… вот откуда всегда исходила сила. Мощь, унаследованная им от предков, но редко используемая из-за своей непредсказуемости.

Однако непредсказуемая энергия лучше, чем совсем ничего.

Не давая себе времени передумать, Грифон закрыл глаза и сосредоточился на этой силе. Она лишит подвижности и его, но какая разница? Теперь он привидение. Сила потекла по его конечностям, собралась в груди и пронзила позвоночник. Грифон распахнул глаза и сбросил ее на Аида и Персефону, стоявших, как он сейчас видел, впереди на цементных ступеньках с самодовольным выражением на точеных, безупречных, бессмертных лицах.

Кто-то ахнул. Аид выругался. Грифон продолжил направлять на богов свою энергию, и все звуки резко оборвались.

Его ноги подогнулись, и он рухнул на землю. Или полетел. Грифон не знал наверняка. Лишь чувствовал себя сдувшимся пляжным мячом. Он так и остался лежать, не в состоянии двигаться и думать, но по-прежнему все слышал.

— Какого хрена только что произошло? — выдохнула спутница Орфея.

— Грифон, ты обалденно умный сукин сын, — радостно заявил Орфей. — Скайла, помоги мне его поднять.

За его спиной шевельнулся воздух.

— Он привидение! — закричала она. — Как, демон побери, мы сможем?..

Что-то мягкое упало на Грифона. Одеяло.

Они закутали его в одеяло.

— Хорошая мысль, демон, — заметила Скайла.

— Это придаст ему массу.

Грифон почувствовал, как брат взял его на руки.

— У нас мало времени, — поторопил Орфей, взбегая по ступенькам. — Они недолго останутся в оцепенении.

— Как он это сделал? — тяжело дыша, спросила Скайла.

— У него дар, унаследованный от Персея, — запыхавшись, ответил Орфей. — Я могу перемещаться в любом мире, даже сквозь крепкие стены, но его способности лучше. Он не может превратить что-то в камень, как легендарная Медуза, но когда обращается к энергии, полученной Персеем от чудовища, способен обездвижить других.

— Насколько? — спросила Скайла.

— Достаточно, чтобы мы отсюда выбрались.

— А что потом?

— А потом побежим что есть мочи.

Раздался треск. Кто-то закричал. Где-то позади послышалось рычание.