Уроки мудрости
вернуться

Конфуций Кун Фу-цзы
Шрифт:

С супругом вместе встретишь старость ты

(I, IV, 3)

С супругом вместе встретишь старость ты…В подвесках к шпилькам яшмы белизна,В наколке ты – спокойна и стройна,Как горный пик ты, как река плавна.В наряд узорный ты облачена.Но если в сердце нет добра – зачемВ наряды облачается жена?Он ярко блещет – пышный твой наряд,Фазанами расшитый, расписной!И словно туча чернь твоих волос –В прическе нет ни пряди накладной,И яшмовые серьги у тебя,Слоновой кости гребень твой резной,Твое чело сияет белизной.И кажется: с небес явилась ты,И кажется: вот дух передо мной!И ярко-ярко, точно яшмы блеск,Твои одежды пышные горят,Сорочку тонкую из коноплиОбтягивает плотно твой наряд.И вижу я, как твой прекрасен лоб,Округлены виски и ясен взгляд.О, эта женщина! Подобной ейКрасы в стране нет больше, говорят.

В тутах

(I, IV, 4)

Вот иду собирать я повилику-траву,На полях, что за Мэй [57] , повилики нарву.Но о ком я тоскую, мои думы о ком?Ах, прекрасною Цзян ту подругу зову.Цзян меня поджидает в роще тутов одна,Цзян в Шангуне сегодня встретить друга должнаЦзян, меня ты проводишь над рекою – над Ци!Время сбора пшеницы, ухожу я за ней –Я ее собираю там, на север от Мэй.Но о ком я тоскую, мои думы о ком?Ах, прекрасная И – имя милой моей.И меня поджидает в роще тутов одна,И в Шангуне сегодня встретить друга должна,И, меня ты проводишь над рекою – над Ци.Репу рвать выхожу я, репа нынче крупна –Там, от Мэй на восток, созревает она.Но о ком я тоскую, мои думы о ком?Юн красавицу эту называют у нас!Юн меня поджидает в роще тутов одна,Юн в Шангуне сегодня встретить друга должна,Юн, меня ты проводишь над рекою – над Ци!

57

Мэй – город в царстве Вэй.

Четой перепелки кружат у гнезда

(I, IV, 5)

Четой перепелки кружат у гнезда;Четою повсюду сороки кружат.Недобрый он был человек, говорят,А мной почитался как старший мой брат.Четою повсюду сороки кружат,Четой перепелки кружат у гнезда,Недобрый он был человек, говорят,Его господином считал я всегда.

Созвездие дин высоко наконец [58]

(I, IV, 6)

Созвездие Дин высоко наконец,Он в Чу воздвигать начинает дворец.По солнцу, по тени размерил шестомПространство и чуский он выстроил дом.Орех и каштан посадил он кругом,И тис, и сумах, и катальпу над рвом –На цитры и гусли их срубят потом.Поднялся на древний разрушенный валИ чуские земли кругом озирал.Он долго взирал и на Чу, и на Тан [59] ,Он смерил и тень от горы, и курган,Тутовник осматривать в чуский свой станСошел… На щите черепахи гадал [60] ,И добрый ответ был властителю дан!Дожди благодатные пали с весны –Приказ дал вознице властитель страныКоней на звезде заревой запрягать:В поля надо ехать, где туты видны.Не прям ли душою властитель страны? –В нем помыслы все глубоки и ясны.Прекрасны большие его табуны!

58

Песнь о том, как князь Вэнь переносил свою столицу из местности Цао (см. I, III, 6) в местность Чу после разгрома ее варварами в 659 г. до н. э.

Наивысшее положение над горизонтом созвездия Дин поздней осенью, в десятую луну по календарю древней династии Ся, служило знаком окончания земледельческих работ для крестьян и начала строительных (повинность в пользу князя).

59

Тан – город в близком соседстве с местностью Чу.

60

Речь идет о древнейшем из известных в Китае способов гадания. Археологами обнаружены гадательные черепаховые щиты, относящиеся ко II тысячелетию до н. э.

Радуга

(I, IV, 7)

Радуга встала в небе с востока –Никто не смеет рукой указать… [61] Девушка к мужу идет, покидаетБратьев своих, и отца, и мать.Радуга утром на западе всходит –Будет все утро дождь без конца.Девушка к мужу идет, покидаетБратьев своих, и мать, и отца.Брака с любимым желает дева!Видишь: в слиянье с солнцем вода,Не знаешь ни воли небесной, ни гневаИ, верно, совсем не знаешь стыда!

61

Радуга представляется древнему комментатору примером предосудительного соития светлого мужского начала в природе (солнце) с темным женским (дождь), то есть зримым проявлением безудержности неба и земли. Появление радуги указывает на то, что брак, к которому стремится девушка, не удовлетворяет строгим нормам обычая и осуждается ее близкими, которых она, пренебрегая знамением, безрассудно покидает.

Ты на крысу взгляни…

(I, IV, 8)

Ты на крысу взгляни – щеголяет кожей,А в тебе нет ни вида, ни осанки пригожей!Коль в тебе нет ни вида, ни осанки пригожей,Почему не умрешь ты, на людей непохожий?Посмотри ты на крысу – у нее есть зубы,А ведь ты человек без удержу, грубый,Если ты человек без удержу, грубый,Чего ждешь, кроме смерти? Что тебе любо?Посмотри-ка: все слаженно в теле крысином.Ты – не знаешь обряда и не славен ты чином.Коль ни чина нет у тебя, ни обряда,Что же, ранняя смерть для тебя – не награда?

Встреча знатного гостя

(I, IV, 9)

Высоко-высоко вознеслись бунчуки –За Сюнь, за селеньем полки далеки…Шнуры были белого шелка у них,Добры были кони в четверках у них.Со свитой приехал прекрасный наш гость,Какими дарами встречаем мы их?И сокол поднялся на ткани знамен,То в наших селеньях он был вознесен!Шнурами повиты знамена у них,И кони в пятерках могучи у них.Со свитой приехал прекрасный наш гость,Какими встречаем подарками их?И в перьях цветных в высоте засверкалИх знак, лишь взошли колесницы на вал.На знаке белели шнуры – для него,Их кони в шестерках добры – для него.Со свитой приехал прекрасный наш гость.О чем же рассказы пойдут у него?

Мчалась утешить [62]

(I, IV, 10)

I
Мчалась утешить, коней подгоняла бичом,К вэйскому князю спешила в родимый свой дом.Лошади вскачь, но дорога княгини длинна –Города Цао достичь не сумеет она.Скачет чрез реки и степи вельможа за ней –Он догоняет, и грудь ее болью полна!
II
Думы мои не считаете добрыми вы –Я не могу возвратиться в родимое Вэй.Вижу сама, как меня осуждаете вы, –Думы мои не избуду в печали моей.Думы мои не считаете добрыми вы –Мне не вернуться чрез реки из сюйской земли.Вижу сама, как меня осуждаете вы,Только вы думы мои оборвать не смогли!
III
Вот поднялась я на этот обрывистый холм,Царских кудрей, чтоб рассеять печаль, набрала [63] .Много желаний в женской таится груди –Если б я эти желанья исполнить могла!В княжестве Сюй мой народ осуждает меня –Все вы, как дети, безумны от гнева и зла!
IV
Едет назад меж полей колесница моя,Вижу, как пышно желтеет пшеница кругом.Помощь мне надо искать у сильнейшей страны [64] Кто мне опора, найду я прибежище в ком?Вы, о вельможи! И вы, благородства мужи!Не осуждайте напрасно княгини своей.Много советов, я знаю, у вас, но для ВэйЛучше их всех исполнение воли моей!

62

Мчалась утешить – жалоба вэйской княжны, выданной в царство Сюй, на то, что ей препятствуют посетить в нарушение обычая свою родину после смерти родителей и утешить брата, находящегося в беде.

63

Царские кудри – растение, считавшееся целебным средством, разгоняющим печаль.

64

Вэй подверглось набегу варваров и не в состоянии защищаться своими силами; Сюй слишком мало и не может оказать помощь Вэй. Нужно просить помощи в чужом, более сильном царстве.

V. Песни царства Вэй [65]

У меня есть милый

(I, V, 1)

I
Полюбуйся на эти извивы у берега Ци,Что так пышно одеты бамбуком зеленым, густым.Благородный и тонкий душою есть друг у меня –Словно рог он резной, что обточен искусным резцом,Как нефрит ограненный, до блеска натертый песком!Величав он собою, степенен и важен на вид,Он достоинства строгого полон и нравом открыт.Благородный и тонкий душою есть друг у меня.Мне его не забыть, он вовеки не будет забыт!
II
Полюбуйся на эти извивы у берега Ци!Бирюзово-зеленый бамбук отразила вода.Благородный и тонкий душою есть друг у меня –Два прекрасных нефрита в ушах его блещут всегдаИ расшитая яшмою шапка его, как звезда!Он степенен и важен, собой величав он на вид,И достоинства строгого полон, и нравом открыт.Благородный и тонкий душою есть друг у меня,Мне его не забыть, он вовеки не будет забыт!
III
Полюбуйся на эти извивы у берега Ци!Как на ложе циновка, густеет зеленый бамбук.Благородный и тонкий душою есть друг у меня –Словно золото чист, будто олово светел мой друг,Как нефритовый жезл он, как княжеский яшмовыйкруг! [66] Сколь душою широк он, как сердцем безмерно велик!Он стоять в колеснице с двойною опорой привык [67] .Посмеяться умеет – он шутки искусство постиг, –Но жестоким и грубым его не бывает язык.

65

Царство Вэй было одним из мощных удельных княжеств, сохранившим свою территориальную целостность и независимость во времена правления династии Чжоу вплоть до объединения всего Китая в единую империю династией Цинь в III в. до н. э. Князья Вэй принадлежали к роду царей Чжоу. Государство это занимало части территорий нынешних провинций Хэнань, Хэбэй и Шаньдун.

66

Удельные князья в древнем Китае по своему достоинству делились на пять степеней: гун, хоу, бо, цзы, нань. Эмблемой достоинства первых трех степеней был нефритовый жезл – каменная пластинка продолговатой формы, двух последующих – яшмовый кружок с отверстием внутри.

67

Речь идет о колесницах с двумя вертикальными гнутыми столбиками впереди, на которые опирались, когда ехали стоя. Ездить на таких колесницах могли только лица знатного происхождения.