Кажется, у меня был целый ряд причин, очень хороших причин, только теперь, когда она была так близко, я не мог вспомнить ни одной. Я прижал ее к себе, позволил себе обрадоваться тому, что я ошибался, и что все будет хорошо...

Оказалось, напрасно. Через некоторое время Лита отстранилась, осталась надо мной. В темных глазах не было ничего, кроме сочувствия и жалости. Мне показалось, что она все-таки ударила меня, хотя я знал, что движения не было - только этот взгляд.

– Так они правы были... насчет тебя... Мне следовало догадаться. Ведь это происходит и со зверями первой серии! Они достигают половой зрелости, далее следуют перемены в поведении... Ты более развит, чем они, поэтому у тебя все проходит иначе, но по тому же принципу. Это не любовь, просто у тебя никогда не было самки.

Вот и что она несет? Она не просто унижала меня - я почувствовал себя насекомым, попавшим под ее каблук. Забавно... при всем своем превосходстве, при всей огромной силе я не мог ничего сделать против слов одной маленькой человеческой самки.

– Все можно исправить, - она продолжала вдохновенно нести околесицу.
– Раньше самки первой серии тебя не интересовали, но сейчас ты увидишь, они подойдут. Все дело в том, что ты много времени проводишь со мной, вот и вбил себе в голову незнамо что! Зато теперь поучаствуешь в создании новых зверей. Меня давно просили задействовать тебя в этом процессе, но я не думала, что ты захочешь. Ты не стесняйся...

– Лита...замолчи, прошу тебя, - с трудом произнес я.

Она запнулась. В ее глазах что-то изменилось, теперь они стали совсем непроницаемыми.

– Прости меня. Я надеялась, что это объяснение подойдет, что все не так серьезно. Но мы ведь оба знаем, что легких решений не бывает... Мне не следовало еще и издеваться над тобой. Пожалуйста, прости.

Я молчал. Она тяжело вздохнула и легла рядом со мной, не обнимая, просто касаясь рукой. Горечи я уже не чувствовал, только пустоту внутри, там где раньше было больно.

– Кароль... это очень серьезно?

– Думаю, да.

– А... И что мы будем делать?

– Не знаю.

Небо все еще ухмылялось. Вот ведь зараза!

– Я знаю, каково быть на твоем месте, - сказала она.
– А теперь еще знаю, как чувствовал себя доктор Стрелов рядом со мной. Мне стыдно за себя.

– А мне нет.

– Хочешь, я передам тебя другому смотрителю?

У меня не осталось сил даже обижаться на такое предложение.

– Нет. Будет только хуже.

– А что тогда?

– Будем делать вид, что этого разговора не было, и ты ничего не знаешь. А я сумею скрывать. Раньше ведь умел!

– Умел... Ты прав. Так будет лучше всего. Так поступил доктор Стрелов, когда все узнал. Я ведь ему все-таки призналась! Все думают, что нет, но я не выдержала, а он мягко объяснил мне, что шансов нет. Мне было очень больно... я не хочу, чтобы ты проходил через это.

– Тебя утешит, если я скажу, что ты не виновата?

– Не особо. Тебе придется молчать, Кароль.

А чего она ожидала? Что я буду добиваться ее руки и сердца, распевая серенады и таская ей букеты водорослей? Я и так планировал молчать. Но все равно будет легче, если она перестанет коситься на меня с подозрением и избегать лишних встреч.

– Я буду молчать. Только... не бойся, что я сделаю что-то.

– Я и не боялась, - прервала меня Лита.
– Только не этого - я слишком хорошо тебя знаю. Но все равно... этого разговора не было, понял? И ты ко мне ничего не чувствуешь!

– Ничего, - соврал я.

***

Утром стало холодно. Теплый ветер и солнце остались где-то далеко позади, небо над нами постоянно было серым, хоть и не грозовым. Воздух остывал, становился тяжелым и липким, как всегда бывает перед дождем. Впрочем, мои мысли были далеки от погоды.

Я чувствовал угрозу. Чем ближе мы подплывали, тем четче она становилась; акула теперь казалась мне мелочью. То, что затаилось впереди, было незнакомым, агрессивным и огромным. Сначала я даже думал, что это гигантское существо, но быстро понял, даже при всей размытости ощущений, что все гораздо серьезней.

Причиной моего беспокойства была вода. Она источала угрозу - она и то, что в ней скрывалось, но больше всего меня пугала она. Я и подумать не мог, что вода способна быть недоброй... и живой! Я не был до конца уверен, что это вообще вода.

Был бы я полноценным животным, давно бы удрал с корабля. Да, я вроде как в родной стихии, океан меня любит, но то, что впереди - не часть океана. Это похоже опухоль: нечто не подчиняющееся всему организму, нежеланное и разрушительное. Там я тоже буду чужим...

Я не пытался рассказать об этом Лите. Хоть мы и договорились играть в добрых друзей, чувство обиды осталось, но теперь уже с моей стороны. К счастью, я умел скрывать свои мысли и желания лучше, чем она, так что конфликтов мы избегали.