Выйдя в Главный Холл, спешу скорее пересечь его и войти под свод левого тоннеля, ведущего к Залу Собраний. Отсчитал десятую крепь и, наконец, вышел в пещеру зала – прекрасное место, где часто собираются гномы, когда нет заседаний. Именно сюда вешаются или ставятся работы Буна по дереву, тут приложена масса усилий для украшения пола – выложен гранитными плитами, а после отполирован. С лёгким эхом разносится журчание нескольких искусственных источников, а небольшой фонтан издаёт мелодичный звук. Сегодня за столом собрался весь Совет, а каменные трибуны позади почти полностью заняты. Справа, под охраной пехотинцев, стоят все пленённые гоблины. Предчувствие большого разговора меня не подвело. С креплёного брусом купола пещеры, изливается рассеянный солнечный свет, заманенный сюда с помощью шахт. Ему помогают большие фонари так, что лежавший на полу небольшой камушек, я с легкостью разглядел. Поднял, ощущая приятное чувство от породы в ладонях. С детства руки тянутся к камням и земле.

Не дойдя десятка шагов, поклонился Совету и отдельно Королю. Светлый лик Иирдры качнулся в знак приветствия. Груггевор, так, как я отношусь к военным, заговорил:

– Присаживайся, Ворк. Мы ждали только тебя.

Я занял место в переднем ряду каменных скамей. Король поднялся и начал речь:

– Братья и сёстры, сегодня нам предстоит обсудить случившееся и принять несколько важных решений. Во имя Ора, приступим!

Иирдра сел, а командующий встал. Взгляд серых, глубоко посажённых глаз Кровавобородого обращен ко мне:

– Ворк, расскажи присутствующим, как всё было.

Приняв стоячее положение, я взялся пересказывать недавнее, акцентируя внимание на ключевых моментах. Лица некоторых, видимо ещё не слышавших во всей полноте историю о битве с троллем, вытягиваются, а головы то и дело покачиваются. Короткой повестью меня дополнила Тама – первая в купе с обозниками, кто увидел тварь Тёмного Ока. А потом повесть перешла к походу на зеленокожих. Я заметил, как пленный Атакаун внимательно вслушивается, но не переводит остальным. Вскоре рассказ закончился. Обозники и пехотинцы, участвовавшие в походе, подтвердили мои слова.

Вновь опустилась тишина, в которой почти различим тяжкий гул раздумий каждого из участников собрания.

– Насколько понимаю, – заговорил Король, – ты, Груггевор, уже предпринял некоторые меры для защиты форта на полях?

– Так точно! На постоянном дежурстве там усиленный баллистами отряд пехотинцев в количестве десяти, – отчеканил командующий.

– Одобряю. Теперь, уважаемые представители Совета, готов выслушать ваши соображения.

Вытянутый стол, за которым заседает Совет, концом с троном направлен от трибун. По правую руку от Короля сидит Груггевор, а по левую Ур – ясноглазый пожилой гном, выборный от алхимиков. Я видел, как он кивнул командующему и Кровавобородый взял слово:

– Моё мнение будет привычным – борьба с агрессором, – заявил он, словно медведь прорычал. – Тролли решили напасть – мы уничтожим их до последнего! Гоблины, да поразят Боги это семя Вороньего Глаза, меня вообще не особо волнуют. Собираем отряд и уничтожаем лагерь за лагерем.

Я глянул на Атакауна, чуть отступившего к своим. Думаю, ему понятно, что ждать пощады от гнома с огнём волос и бороды не стоит.

– Ясно, Груггевор. Ты, Ур? – произнёс Король.

– Нашему цеху повезло больше всех, кхе-кхе, – привычно скрипучим голосом проговорил гном в мантии. Все знают, что от испарений он давно пережёг горло. – Ни один из реактивов и материалов, посланных эльфами, не пострадал. Спасибо всем, кто помог этому случиться.

Ур немного наклонил голову в сторону трибуны.

– Кхек, – вновь начал он, – мы примем то решение, которое выберет большая часть Совета. И поддержим, кхе, всеми необходимыми изделиями.

– Благодарю, – кивнул Иирдра.

– Я считаю, уважаемый Совет, уважаемые братья и сёстры, – начал Мидлас, выборный от ювелиров, – что нам пока рано с кем бы то ни было воевать. Защищаться, вести агрессивную оборону – да, но не нападать. Красные Холмы богаты ягодой, фруктами и травами, но недра тут скудные. Нам едва удаётся покрывать потребности в железе, меди, олове, свинце. Я не говорю о драгоценных металлах и камнях – посмотрите на лунарок, – уже живее и громче заявил он, выразительно напрягая глаза и активно жестикулируя. Продолжает тише, ибо в Зале Заседаний сильное эхо: – Где их богатые наряды, где украшения, где подарки от нас, гномов? Нет, я могу одобрить только усиление форта и, возможно, дозоры по окрестностям.

Гул поддержки пробежал по рядам – каждый хочет дарить ювелирные и прочие изделия лунаркам. Это наша традиция. До Сечи, каждая купалась в роскоши, что является ещё одним поводом для ненависти к людям, ограбившим нас.

– Добрые слова, Мидлас. Спасибо, – проговорил Король. – Ты, Мог, что думаешь?

Мог – очень уважаемый гном в Королевстве, выборный от рудокопов, литейщиков и кузнецов. Он приложил много усилий, чтобы заманить меня к себе в цех. Сила моих сверхдлинных рук не давала покоя могучему и мрачному гному, особо его раздражает то, что вместо работы с рудой в дозоры шастаю. Мне стоило большого труда уговорить Совет направить служить в разведку, но часть души до сих пор рвётся в шахты. С тоской сдавил камушек в ладони – вот бы горя не знал, каждый день касаясь недр Тверди.

В отличии от других Мог поднялся из-за стола. Темноволосый, коренастый, мощный и мрачный, будто утёс:

– При всём уважении к Мидласу, хочу заявить: мы столько руды добудем, сколько нужно, – громыхнул он. – Но брат прав, Первозданный Огонь не одарил здешние места богато, ибо наше место в Мрачных Горах, а не здесь.

Скрип от стиснутых челюстей разгневанного Мога походит на скрежет камня о камень. – Всё понимаю, но сторона Груггевора мне ближе. Я за войну.

Одобрение тут же отразилось гулом, многие закивали. У меня в груди тоже пробудился огонь.