Выждав пока ароматный дымок распространиться по комнате, я позвал Анну. Дверь тут же распахнулась и любопытный взор живо поскакал по скромной обстановке. Ничего необычного в ней, конечно, нет, я же внимательно слежу за реакцией луарки. К счастью, обошлось.

– Так, что ты скрывал? – спросила она.

– Уже всё хорошо.

– Ах, мне до жути интересно, Ворк! Расскажи! – наседает Куница, потянув за наруч.

– Великий Ор, какая ты любопытная! Видишь, в чём у меня доспехи – мы в сральнике гоблинов лазили, а я не удосужился ни очистить броню, ни помыться, ни вентиляцию открыть. Короче, воняло тут!

В её распахнутых глазах заплясали чертята, Анна прыснула и, наконец, звонко рассмеялась, рассыпая хрусталь по моей скромной обители.

– Так, всё! – продолжаю я, борясь с мыслями о поцелуях. – Мне нужно скорее привести себя в порядок. Совет ждёт.

– Да-да, прости, – отозвалась Куница. – Доверься мне, герой.

Когда её губы произносят это слово, меня пробирает дрожь. Вот уж сотворили Боги нам на голову лун, покоя от них нет.

Анна скорее взялась помогать – снимать доспехи и одежду. Вновь представ в исподнем, ощущаю стыд и жар на щеках, только деятельную деву это не волнует. Она потянула рубаху, скользнула бесстыдным взглядом по торсу и отойдя к умывальнику, спрашивает:

– Есть какая-нибудь тряпочка, Ворк? Можно эту возьму?

В руки гостьи попала та, которой бережно начищаю оружие, сейчаc свежая, недавно выстиранная. Мой протест утих, не достигнув горла, ибо она тут же опустила тряпицу в воду. Далее тонкие ручки вернулись к поясу, где у лунарки висит весьма пухлая сумка. На полочку рядом с умывальником было выложено несколько бутыльков. Белёсым содержимым одного из них она намазала тряпку.

– Это особое мыло, – сыграла бровями Анна. – Дай-ка…

Куница стала натирать меня ароматным составом. Я различил ноты хвойных и ещё какой-то знакомый. Вскоре, сполоснув тряпицу, она собрала мыло с кожи.

– Конечно, если хочешь, я бы могла и дальше, помогать тебе, – прошептала она, пристально разглядывая мои губы и ведя коготком по груди. – Но, наверное…

– Да-да, ниже я справлюсь сам, Анна, – поспешил заверить я.

– Если что, зови, мало ли… – улыбнулась лунарка и вышла.

Я быстро сбросил штаны, повторил процедуру и когда надевал свежее бельё, девушка уже вернулась.

– Ну вот, не дал полюбоваться, – картинно огорчилась она.

– Едва успел, – буркнул я.

– У тебя есть что-нибудь красивое надеть?

– Красивое? – удивился я.

– Ах, Ворк, конечно! Ты же пред очами Совета предстанешь, – заявила лунарка тоном, будто объясняет очевидное.

Я быстро перебрал в уме гардероб и покачал головой, из невоенного у меня только штаны и рубаха из конопляной ткани.

– Все вы такие, никакой эстетики, – посетовала Анна, улыбнувшись. – Ну хоть на твоей голове и лице дай порядок наведу.

Я позволил ей приступить к уходу. Времени это заняло минимум, зато, по словам Анны, выглядеть стал намного опрятнее. В довершение, она принесла один из выложенных бутыльков. Стоило крышке покинуть горлышко, ноздрей коснулся приятный холодный аромат.

– Это духи, Ворк, – произнесла она, смочив палец и начав водить им в районе моей шеи. – Будешь прекрасен и душист!

– Спасибо, – вымолвил я, мечтая о битве с гоблинами, троллями и другими тварями, в компании которых меня не давит смущение и стыд. Лунарки точно наделены какой-то властью над нами.

– Не за что, герой, – шепнула она. – Вернёшься, а я тут уже всё уберу.

Я склонил голову и двинулся к выходу. Ноги слушаются с некоторым трудом, а в голове носятся осы дурацких мыслей. Я повелительно разогнал их, ведь пока иду к Залу Собраний, нужно всё тщательно вспомнить и заново расставить по своим местам. Почти уверен, будем обсуждать случившееся и дальнейшие действия.

Сегодня, несмотря на дневное время, гномов встречается больше. Каждый стремится пожать руку или хлопнуть по плечу, видимо, пока спал, вести разнеслись по Королевству. Несколько растерянно улыбаюсь и отвечаю. Конечно, мы так или иначе все знакомы, но столько внимания получаю впервые. В тоннелях и залах уступают дорогу, называя то Ворком Смелым, то Решительным. Слышать приятно, но очень смущает.

Перед входом в Главный Холл ожидаемо повстречал Гвальта с Буном.

– Ты чего не спишь-то?! – удивился Соловей.

Я пояснил, и они уважительно закивали.

– Получается, поговорить не удастся? – итожит Гвальт.

– После заседания только, – подтвердил я, оглядываясь – к нам подходят улыбающиеся жители, тоже, видимо, настроенные на пересказ событий.

– Ну, тогда не будем задерживать, – громче сказал Соловей, чтобы все слышали. – Только не иди правым путём – вновь трещина.

– Без обвала? – спросил я.

– Да. Можно перепрыгнуть, ширина в два-три локтя.

Пожал друзьям руки и двинулся дальше.