— Один раз уже доверилась, — говорит она, пытаясь выбраться, но я только сильней прижимаю ее, углубляя поцелуи на ее шее. — Даже два. Пит, не надо, пожалуйста. Хватит! Мелларк, я же сказала, что не хочу тебя! — кричит она, отталкивая меня.

Я отстраняюсь, отодвигаясь к подлокотнику, а после и вовсе встаю. Дожили. Не могу теперь и девушку уломать.

— Вот только не надо делать из меня виноватую и обижаться, — говорит она, идя следом за мной на кухню.

— Если бы я обиделся, тебя бы здесь уже не было, — говорю я и отхожу к кухонной тумбе. — Ты можешь обманывать кого угодно, но со мной это не пройдет. Еще меньше минуты назад ты извивалась подо мной на этом чертовом диване, была готова отдаться мне. А теперь…

Однако, договорить я не успеваю. Моя щека сразу же начинает гореть от столь смачной пощечины.

Теперь она просто собирается уйти. Открывает входную, но в этот же момент я догоняю её, закрываю дверь и прижимаю к стене.

— Думаешь твоя пощечина что-то решает?

— Отпусти меня, Пит. Недотрах свой лечи с какой-нибудь шалавой из переулка, а меня не трожь! Почему ты просто не можешь взять и выслушать меня? Без всех своих биологических потребностей?! Неужели ты настолько… — однако, теперь моя очередь обрывать посреди монолога.

Поймав момент, я целую её. Уже не так страстно, как пару мгновений назад на диване. Ответа не последовало. Игнорируешь, значит? Ну, хорошо. Видимо, даже этот невинный поцелуй не в силах в ней что-либо разбудить. Она вновь отстраняется и на этот раз уже окончательно уходит. Кажется, в слезах.

— Черт, — ругаюсь я, задирая голову в потолок. — Что же я натворил?

Я больше не пытался её удержать. Не собирался бежать вдогонку. Я просто-напросто не понимал. Почему весь этот цикл преследует меня? Когда я успел стать таким? В какой момент моя жизнь переломилась?

И самое главное… С каких пор меня вообще стало это волновать?

***

Не улетай ввысь.

Не убегай вдаль.

Хоть по ночам снись —

Нежной тоской жаль.

Ранит стрелой мрак.

Вырвет из рук крик.

Не уходи так,

Не исчезай вмиг.

Очевидно ведь, что она не возьмет трубку, но я продолжал настойчиво перезванивать. Безрезультатно.

Однако, чем больше времени я думал о вчерашнем, тем сильней осознавал всю свою глупость и эгоистичность. Раньше было: споил, трахнул и забыл. Но с Китнисс с самого гребанного клуба все иначе.

В зале не было людей, которых я мог знать.

Финник за полчаса до начала вечера написал, что в силу своего плохого самочувствия, прийти не сможет. Ну, ещё и потому, что ему вечером ещё предстоит отвезти Энни с сыном к тёще.

Где-то внутри я надеялся, что Китнисс придёт. Всей душой этого желал, потому что хотел извиниться. Но, к сожалению, у жизни на меня сегодня совершенно другие планы.

— Знаете, жизнь не очень справедливая штука. Все ведь о таком когда-либо задумывались, верно? — спрашиваю я, обращаясь к залу, после очередной песни. Многие положительно кивнули головой. — Часто ли вы говорите то, что исходит прямо от вашего сердца? Чувства — очень неоднозначная вещь. Порой, мы даже не понимаем, что именно испытываем. А замечали ли вы, что то, что мы говорим или делаем, это совсем не то, по сравнению с чувствами внутри нас? Иногда это убивает. Как, например, любовь. Большинство проблем происходит именно из-за неё. Но ведь в самом начале, для каждого из нас это было всего лишь слово из шести букв. И так было до тех пор, пока нас не заставили в неё поверить. Неужели получается, что чтобы испытать какое-то чувство нам надо в него поверить?

В заведении гробовая тишина. Но, вскоре она заменяется громкими аплодисментами. Я улыбаюсь, после чего благодарю всех посетителей заведения и прощаюсь с ними, уходя к администратору кофейни. Подписав конктракт, мне выдают график работы на ближайший месяц и аванс за сегодняшнее выступление.

Вновь стою в пробке. А знаете чему это способствует? Правильно, совесть начинает вправлять мне мозги, поэтому я сворачиваю и отдаляюсь от своего дома.

Приехав по месту назначения, я ещё долгое время не мог решиться на то, чтобы выйти из машины. С одной стороны мне казалось, что её сейчас не окажется дома, а с другой, она просто-непросто вновь ударит меня по лицу и выставит за дверь, даже не выслушав.

Мои предположения подтвердились. Дома действительно никого не было. Простояв на крыльце ещё добрых минут 20, я все же решаю ехать домой. Утра вечера мудренее.

И все же почему она меня так волнует? Почему я так себя грызу за вчерашнее? Неужели это и есть зачатки того чувства, которое все поголовно хотят испытать?

***

Среди ночи вдруг раздался звонок в дверь. Наверное, вновь сосед пришёл выпрашивать бутылку. Собственно, поэтому я подниматься и не стал. Позвонит, подумает, что меня нет, и уйдет.

Однако, никто не собирался прекращать звонить. Лениво встав с постели, я натянул на себя треники и, благополучно ударившись мезинцем о ножку дивана, дошёл до двери. Половина третьего утра, какого черта?

— Какому придурку приспичило… Китнисс? — спрашиваю я, замечая, что на пороге квартиры стоял не бухой сосед, а заплаканная брюнетка.

========== Глава 5. Почему именно они, а не кто-то другой? ==========

Комментарий к Глава 5. Почему именно они, а не кто-то другой?

Ну что ж, вот вам некий презент к НГ, если здесь вообще кто-то остался.