Игнат хмыкнул.

– То есть, я не хотел вас обидеть ни в коем случае. Вещи-то у вас хорошие, это сразу видно, - спохватился Макс.
– Да и в районе вас, наверняка, все знают, но законы маркетинга никто не отменял. Хорошая, качественная вывеска, привлечет дополнительных клиентов и это только один из шагов, которые вы могли бы сделать в этом направлении.

– Говоришь, ты сильный?
– спросил Игнат, доставая длинный прут, толщиной с карандаш.

Положил его перед Максом.

– Попробуй ка согни.

Макс недоверчиво посмотрел на хозяина лавки, перевел взгляд на прут. Наверное, зря он увлекся. Во-первых, в этом богом забытом мире вряд ли кто-то слышал о маркетинге, а во-вторых, ему вспомнилось предостережение Леонида, что новички чаще всего пропадают, потому что высовываются и лезут не в свое дело.

Делать нечего, пришлось взять прут. Тот оказался необычно легким, будто сделанным из аллюминия, хотя металл по виду походил на простое железо.

– А если сломаю?
– спросил Макс.

Игнат развел руками:

– Тогда можешь считать, что работа твоя.

Макс сжал кулаки и медленно попробовал металл на прочность. Ничего не произошло. Он напрягся и резким сжимающим движением, на выдохе, попытался согнуть прут, но не почувствовал даже толики податливости или хотя бы упругости. Все равно, что пытаться согнуть телеграфный столб.

– Прикольно, - сказал Макс, отдуваясь.

Игнат взял прут и без усилий завязал его в узел. Покрутил грубыми пальцами, как крутят иногда кончик нитки, чтобы она прошла в игольное ушко. Металл поддался не хуже пластилина.

– На что ты мне такой нужен?
– спросил Игнат.
– Слабак, который не справился с работой на прииске и пришел искать легких путей. Много вас тут таких ходит. Ходило.

Макс сглотнул. Старикан оказался вовсе не таким добряком, каким показался вначале.

– Это у вас наверху там можно языком работать, а здесь такое не пройдет, - продолжил Игнат.
– Ты попал сюда мясом и мясом будешь до тех пор, пока не докажешь обратное. В городе нет ни одного полоумного, который возьмет тебя на работу, имей в виду.

– Меня обманули, - выдавил Макс.
– Я к вам в гости не напрашивался.

– А твои законы маркетинга, - сказал Игнат, передразнивая интонацию Макса.
– Это разве не обман?

– Молодец, старик, подловил. Будешь дальше любоваться собой или мне можно идти?

– Возвращайся к Лаберу, дуралей, - сказал Игнат беззлобно.
– Он единственный, кто держит у себя мясо. Если сможешь накопить хотя бы на пятерку - приходи.

Макс вышел из лавки. Солнце скрылось за серыми тучами и полил небольшой дождь. Макс застегнул тонкую ветровку, поднял воротник и направился дальше по улице, решив, что неудача с сумасшедшим стариком, это еще не повод сдаваться.

Из-за угла показалась угольно-черная собака и, перебежав дорогу, неспеша потрусила за Максом. Она была крупнее тех, которые рыскали по мусорным кучам, и явно заинтересовалась пришельцем из верхнего города. Макс перешел на другую сторону. Собака остановилась, повела острыми стоячими ушами и забежала в подворотню.

Двое проходивших мимо мужиков заметили страх Макса и засмеялись.

– Шел бы подобру поздорову, - сказал один из них.
– А то вечереет.

– Я пытаюсь найти работу и ночлег, - сказал Макс.
– Можете что-нибудь посоветовать?

Мужики опять засмеялись. Один потрепал себя за бороду и открыл было рот, но передумал, махнул рукой и пошел.

– Вали отсюда, вот мой совет, - сказал второй и тоже зашагал прочь.

"Да я бы с удовольствием", - подумал Макс.

Заметив, что из дверей неприметного двухэтажного здания вышло несколько человек, а через некоторое время туда же зашло еще пару человек, он решил попытать судьбу. Пригладил мокрые волосы, смахнул налипшую грязь с куртки и вошел. Внутри стояли столы со стульями и пахло жареным мясом. Трое посетителей, все давно нестриженные, со спутанными длинными бородами, сидели с кружками в разных углах помещения. Перед одним дымилась широкая тарелка, с которой он что-то аккуратно поддевал вилкой.

– Эй, Данил!
– крикнул один, самый грязный, со злющим, высохшим лицом.
– Гляди ка, мясо само пришло!

Он загоготал в голос. Другие мельком взглянули на Макса, потом на злющего и молча уткнулись в свои кружки.

Вышел толстый мужик в перепачканном кровью переднике и закинутым на плечо полотенце. Увидев Макса, он сразу пошел на него.

– Пошел, пошел, - протараторил он.
– Давай, давай отсюда.

– Постойте...

Толстяк поднял голову и, закатив глаза, замахал руками, словно Макс был досадной помехой, вроде кошки, которая забралась в ресторан и пристает к гостям.