неожиданно замерла. Прислушалась. В наступившей паузе послышался слабый звонок у

102

входной двери. С ее лица вмиг слетела скорбная тень. Она посмотрела тревожно и в то же

время, повеселев, на Федора:

– Это она! – тихо произнесла. – Приехала, – она встала, – только, Федор Пантелеевич, я вас

умоляю…

– Зинаида Борисовна, будет все в строжайшей тайне! В этом, как вы понимаете, я не

меньше вашего заинтересован.

Звонок повторился.

– Пойду, открою.

Федор встал вслед за Зинаидой Борисовной и предусмотрительно сунул пистолет за пояс.

Дверь открылась, и на пороге возник рослый мужчина с хорошо развитым крепким телом.

Это было видно по его облегающей спортивной футболке и импортным джинсам. У левого

виска выразительная родинка. Первое, что остро хотел сделать Федор – немедленно

выхватить оружие и направить его в лицо прибывшего, скомандовать «Руки! Ни с места!», но

не смог шевельнуть ни одним своим мускулом. Его рука так и зависла у пояса, не добравшись

к прохладной стали.

Может быть, он так и сказал, этого он не помнил потом, и не слышал собственного голоса,

но незнакомец действительно поднял руки и произнес:

– О! У вас тут гости!

Зинаида Борисовна обрадовано вскрикнула:

– Ритка! Наконец… Приехала. А я тут с моим знакомым, Федором Пантелеевичем. О тебе

беспокоимся, что долго не являешься. Он меня утешает, что все в порядке с тобой. Спасибо

ему, – она благодарно обернулась к Федору. На ее лице сияло само торжество. – Знакомься…

Незнакомец протянул руку навстречу Федору и скрепил крепким пожатием:

– Гуру Наоки Саяро. Но вижу – я не вовремя. И Риты, вижу, нету. Так что пойду. В

следующий раз, – повернулся и в еще не закрытой двери исчез так же внезапно, как и

появился.

– Куда же ты, Ритка! Дочь. Вернись. Не бойся, Федор Пантелеевич свой человек. Вот

увидишь. Он тебе поможет… Куда же она? – растерянно обернулась она за помощью к Федору.

– Зинаида Борисовна, успокойтесь, – Федор медленно приходил в себя, – не волнуйтесь.

Это была не Рита. Вам показалось. Давайте пройдем в комнату, и вы меня угостите чем-

нибудь прохладненьким. Не возражаете?

Зинаида Борисовна внимательно окинула его лицо, будто он чужой человек, только что

пришел, и не было длинного разговора о Рите и ее знакомом Алексее, и он, мужик, оказался

наглым настолько, что прямо с порога стал что-то у нее требовать. И она, пораженная этим

его поведением, не смогла ему отказать, и пошла на кухню за прохладным напитком, какой не

выводился у нее в холодильнике.

Федор, воспользовавшись паузой, вернулся в прихожую к телефону и набрал номер

Екатерины. По голосу в трубке был Кузьмичев.

– Здравия желаю, товарищ майор! – сходу узнал его дежурный. – Я слушаю вас

внимательно.

– Тебе того же, брат-Кузьмичев. Во-первых, тебя благодарю за содействие. С начальством

улажу твое заслуженное продвижение по службе.

– Рад стараться, товарищ майор. А иначе не могло и быть. Просто никак не ожидал, что

рядом могут быть такие сволочи. Жене рассказал, поверьте, товарищ майор, она несколько

ночей не смогла пол ночи спать. Я уже и так и сяк, товарищ майор. У нас ведь дочурка. Такого

же возраста, понимаете?

103

– Понимаю, приятель. Передай привет, Кузьмичев своей

жене от меня и пусть не

беспокоится. Пока мы с тобой есть, все будет в порядке. А теперь найди мне мою подругу. .

Кстати, ты там ее оберегай от всякой нечисти.

– За это не беспокойтесь, товарищ… У меня новый напарник. Мы… Я возьму это под свой

контроль, не беспокойтесь. Я вызвал. Идет она. Вот.

В трубке послышался шорох и родной голос разлился в микрофоне:

– Феденька! Наконец!

Голос был на срыве, но она взяла себя в руки и сурово понеслась:

– Ну, погоди, придешь, я тебе дам!

– А я в этом не сомневаюсь. Не дашь, сам возьму, – сообщил он, улыбаясь в трубку.

Услышав последнее, она немного подумала, и, сообразив, что он имел в виду, спокойно

отметила:

– Пошляк ты, Феденька. Я тут разрываюсь, все ли с тобой нормально, а он про это.