Рублевский. Ну вот, вы уже смотрите на меня, как на врага… (Достаёт из внутреннего кармана лист бумаги в размер открытки и авторучку). А у меня завтра юбилей. Поздравьте. Год, как отправил свою благоверную в отставку. И вот, прошу, умоляю приложиться… Черкните.

Певчина. Что?

Рублевский. Ваш автограф.

Певчина. Не понимаю… Зачем вам?

Рублевский. Положу перед собой на ночной столик. И буду сознавать, что ваша рука всегда рядом со мной.

Певчина. Что за причуды, Матвей Ильич?..

Рублевский. Маленькая прихоть страждущего сердца. Не отказывайте в такой малости, радость моя! Без этого не уйду.

Певчина. Ну хорошо, если хотите… пожалуйста! (Ставит свою подпись и возвращает листок Рублевскому).

Рублевский (целует руку Певчиной). Благодарю, Танечка! (Прячет листок в карман).

Певчина. Прощайте. Правда, Матвей Ильич, я неважно себя чувствую.

Рублевский. Конечно, конечно! (Идёт к выходу, но вдруг останавливается). Да, чуть не забыл… А что вы собираетесь делать… (кивает на ширму) с жертвой вашего неумелого вождения? Моя помощь не требуется?

Певчина. Как… вы…

Рублевский. Незадолго перед этим я припарковался напротив. Сожалею. У вас под боком шикарный цветочный магазин. Соблазнился сделать вам приятное. (Показывает на корзину с цветами).

Певчина. Честно говоря, собралась вызвать «скорую»…

Рублевский. Никого не надо вызывать, Танечка. Пустяки. С кем ни бывает. Искренне советую: закопайте его, пока никто не пронюхал. Как это сделал Витюша с одним оплошавшим наёмником.

Певчина. Вы… всё знаете?..

Рублевский. Как говорили древние, кто знает всё, тому место на кладбище. А пока я жив, ничего не бойтесь. (Целует Певчиной руку). До скорой встречи, моё сокровище! (Уходит).

Некоторое время Певчина стоит, склонив голову и облокотившись двумя руками о стол. Из зимнего сада доносится странный звук, словно птица бьётся о стекло.

3

Очнувшись, Певчина звонит в колокольчик.

Прибегает Люба.

Люба. Да, Татьяна Евгеньевна! Вам худо? Совсем с лица спали…

Певчина. Да… Нет… Ничего… Гроб готов?

Люба (хлопает глазами). Не поняла?..

Певчина (выпрямляется). А что непонятного! Я спросила, кофе готов?

Люба. Вы казали «гроб»…

Певчина. Гроб? Боже! Кофе, конечно!

Люба. Тольки воду поставила на огонь. В магазин бегала… не примает платёжка. Сломалася.

Певчина. Не человек, а экскаватор. За десять минут нагрузил так, что ноги не держат… Сваришь кофе и в магазин… не забыла?

Люба. Так я ж и говорю, автомат не фурычит. Надо куда-небудь ишо сбегать, Татьяна Евгеньевна!

Певчина. На Лесной улице есть, в Сбербанке, знаешь?

Люба. Ага! Кофий сварю по быстрому и сбегаю.

Певчина. А где Валерик?

Люба. Он вам треба?

Певчина (неопределённо). Нет… пока нет.

Стук в дверь. Заглядывает Валерик.

Валерик. Это я. Вот, ключи от машины. Не буду проходить. А то опять…

Певчина. Брось под зеркало.

Валерик. Татьяна Евгеньевна, я там, за домом, расчистил…

Певчина. Что расчистил?..

Валерик. Ну… для ямы.