Шрифт:
– Вот теперь ничего, – томно улыбается Зинаида Клёх. Надевает трусики, поправляет прическу, кровавой помадой подводит губы. – Пока, козлик!
– Чао, сладенькая! – отзывается любовник и направляется в ванную, обмывать свой могучий мужской причиндал. – Приезжай побыстрее. Твой козлик скучает.
– Пей настойку зародышей пшеницы. Набирайся сил. А ночью иди на рекорд. Минимум – шесть!
Когда госпожа Клёх сматывается, Ваня падает на кровать и спит до полудня. Потом, позевывая, бредет на кухню. Сооружает омлет из двадцати яиц. Вкушает грецкие орехи с медом. Пьет настойку женьшеня и зародышей пшеницы. Всё, чтобы вновь пробудить дремлющие силы мачо.
Потом глядит порноканал, запоминает молоденьких блондинок, брюнеток, рыженьких. Самой-то телемагнатке уже за сорок. Она носит шиньон. Борется с целлюлитом. Ну, не особо настраивает она на сексуальные подвиги! Поэтому надо набираться сторонних впечатлений.
И жилось так полгода. Иван Тутанхамонов уже и не мечтал об иной жизни. Но однажды Зинаида Клёх появилась на пороге с тоненькой очаровательной девушкой в мини-юбке.
– Это Лили. Гордость моего канала, телеведущая, – пояснила Зина. – Она поживет у нас.
– В смысле? – сощурился Ваня.
– Будет спать в нашей постели, дурачок, – рассмеялась Зинаида Парамоновна. – Даю тебе неделю отгулов. Отдохни, наберись свежих сил. Будет желание, наблюдай за нами.
– Приятно познакомиться, – потупилась Лили. Нос у неё был конопатым. Губы потрескались. Милая. А в глазах – бесята.
И началась у них жизнь втроем. Вместе едят. Вместе смотрят телевизор. Вместе укладываются на сексодром.
Ох, и как же была нежна и любвеобильна Лили с Зинаидой Петровной! Как при этом зазывно виляла своей худенькой попкой! Как в дикой страсти морщился конопатый носик!
Ваня, раскаленный как жеребец, хотел вскочить на Лили, но Зинаида Парамоновна сделал ему строгую отмашку:
– Назад! Только самоудовлетворение!
Пришлось забрызгать семенем спинку очаровательной Лили и ждать своего лучшего шанса.
Промелькнул месяц. Иван весь извелся. Он – мачо, а не какой-то прыщавый подросток.
Но вот час его пробил.
– Сегодня во время наших игр с Лили, – улыбнулась ему Зинаида Парамоновна, – можешь, так и быть, овладеть мной. Но Лили не трогай!
– Хорошо, милая, – Ваня почесал себя между ног. Как же он рвался в бой. Сегодня! В час «х»!
Именно в эту ночь с Ваней и приключился казус. Ничего у него с Зинаидой Петровной не вышло. По контрасту с молодой и свежей Лили слишком заметны были ее тройной подбородок и целлюлитная задница.
– Ты чего? – скосилась на него госпожа Клёх. – Саботируешь?
– Я старался! – прохрипел Ваня.
– Может, я ему помогу? – мило улыбнулась Лили. – Губами?
– Не сметь! – злобно отрезала Клёх.
Пытка жизни втроем продолжалась еще неделю. И ни разу Тутанхамонов со своей Зинаидой Парамоновной не стал мужчиной. К Лили он тоже допущен не был.
– Больше не приходи ко мне, – как-то утром под бутерброды с красной икрой сказала Лилии госпожа Клёх. – Лесбийскими яствами я объелась.
– Хорошо, Зинаида Парамоновна, – покраснела девушка.
Вечером же Клёх привела молодого двухметрового негра. Косая сажень в плечах. Наглая белозубая улыбка.
– Он будет спать со мной, – сказала Зинаида Парамоновна помертвевшему Ване. – Это наш знаменитый ди-джей. А ты наблюдай за нами. Набирайся сил и африканского опыта.
Ох, как же и вертел негр Мустафа Ибрагим госпожу Клёх! Какие экстремальные кренделя ее заставлял выделывать! Каким диковинным зверем Зинаида Парамоновна вопила в ночи!
– Хочешь, присоединяйся, – предложила госпожа Клёх Ване.
Он не преминул подключиться, но у него опять ничего не вышло.
– Завтра даю тебе последний шанс, – насупила брови госпожа Клёх. – Если вновь окажешься импотентом, вон из дома. Я дармоеда не потерплю!
Назавтра у бедного Вани опять ничего не вышло.
– Ну-ка, Мустафа, засади ему, – приказала Зинаида Парамоновна. – Быть может, гейские забавы его разбудят.
Мустафа с огромной, гудящей от напряжения елдой двинулся к Ивану.
И тогда каким-то образом, даже сам того не заметил, в ладони Ивана оказался серебряный нож для колки льда. Тремя ударами он заколол Мустафу. А госпоже Клёх проткнул поганое горло.
Персидский ковёр сыто захлюпал кровью.
Ваня в который уж раз оказался на улице. Но он не переживал. Напротив, каждой клеточкой своего тела он ощущал, что наконец-таки капризное проведение привело его к истинной жизни. Тутанхамонов решил стать киллером, заказным убийцей сорокалетних богатеньких дам. Исключительно из мира телевидения.