Потом Леха забросил меня на квартиру и уехал к своей новой пассии Наталье, очень милой девушке из ростовского городка Шахты, снимавшей комнату с подругой, где-то на окраине "Сочей".

Сегодня Вера пришла в легком голубом платьеце, по нынешней моде, выше колена. Волосы были убраны на затылок, в толстый "конский хвост", а в руках была... корзинка.

"Ей бы еще красную панамку на голову, и имел бы полное моральное право ее растерзать, со сладострастными подвываниями в духе Серого Волка!", - судорожно сглотнул я, переводя взгляд на корзинку.

Мой скептический взгляд на ее "аксессуар" Вера заметила:

– Я сказала, что пошла на рынок... Альдона терпеть не может ходить за покупками... Иначе было никак... не отвертеться... от ее компании...

– О, как! Наша блондинка уже оклемалась?!

– Да, все нормально. Даже опять начала заниматься, хотя врачи пока рекомендуют ограничить нагрузки.

– Ха! А чем таким она занимается?
– округлил я глаза.

– Ее папа почти десять лет в нашем посольстве в Северной Корее работал. Она там начала изучать таквандэ... это местное карате...

– А-ааа... Понятно...

"Вот сучка!.. Да, и я везунок... нарвался же... ".

– Ладно, не будем тратить время... Проходи...
– мы из коридора прошли в "гостиную", где вчера беседовали и принимали "водные процедуры", - я уже разложил диван, ложись...

Вера сбилась с шага, остановилась и развернулась ко мне. Её широко распахнутые глаза уставились на меня и начали поблескивать накатывающей влагой.

– Витя... ты же... Вить...
– неверяще залепетала она.

– Мне напомнить твое вчерашнее обещание "делать то, что я скажу"?
– неумолимо уставился я в ответ.

– Но... я же... ты же сказал... что...
– глаза стремительно налились слезами.

– Лезь на диван, - рявкнул я, - и ложись на спину, дурища!

"Это тебе за твое "убийственное" ДА!".

Вера еще секунду стояла неподвижно, затем опустила веки и два резвых ручейка стремительно побежали по ее лицу. Не открывая глаз она сбросила с ног белые плетеные босоножки, неловко полезла на диван и, буквально, опрокинулась на спину. Подол платья задрался открыв левую ногу до самой белой материи... Она молча лежала на спине с закрытыми глазами, и только слезы безостановочно текли из уголков глаз к вискам, теряясь в густоте черных волос.

– Двигайся к стене... разлеглась, как-будто одна...
– недовольно пробурчал я. Хорошо, что глаза у нее закрыты, а то листами бумаги, которые держал в руках, пришлось бы прикрывать э... реакцию подросткового организма на открывшееся зрелище.

Вера немного сдвинулась в сторону стенки, от этого движения подол платья уже полностью обнажил длинные спортивные ноги, покрытые ровным золотисто-коричневым загаром.

Усилием воли заставил себя отвести взгляд и плюхнулся на диван, рядом с Верой. Это мое движение, как будто прорвало плотину, Вера закрыла лицо руками и заревела.

– Хорош горло драть... пригодится еще, - деловито сообщил я, - бери текст и поехали с первого куплета.

Вера смолкла посредине очередного подвывания и, как маленькая девочка, чуть раздвинула пальцы левой руки, чтобы одним глазом глянуть, что творится в этом страшном мире.

"Не глядя" на нее, я одной рукой протягивал девушке текст с песней, а другой, держал такой же перед собой.

– Ты... ты... ты что...
– заикаясь начала бормотать из под ладоней Вера, - ты просто издеваешься надо мной?!
– ее голос окреп, она отняла ладони от лица и зеленые глазищи зло заблестели от гнева.

– Ага...
– спокойно признал я очевидное, - давай бери лист и поехали... Неизвестно, сколько еще времени мне с тобой придеться мучаться...

Вера вскочила на колени и сжала кулаки:

– Ты... отвратительный... злой... мерзкий... испорченный мальчишка! Я... убью тебя... мерзавец!

Я снисходительно улыбнулся.

Вера задохнулась от переполнявших ее эмоций и, не найдя слов, принялась дубасить меня обеими руками, куда ни попадя...

Пару раз попала довольно болезненно!

Я вывернулся из под ударов, подмял брыкающуюся Веру под себя и угрожающе замахнулся...

– Не надо!!!
– завизжала в совершеннейшем ужасе девушка.

"О! Черт! Дебил... Вот этим ее пугать совершенно не стоило!..".

– Тихи, тихо... тихо... Верунь, ну ты чего?! Я же пошутил... не собирался я тебя бить... Как можно тебя бить? ты же такая умничка и красавица... тихо, малышка... тихо... ты же знаешь... я тебя защитить могу... помочь хочу... а вот бить тебя точно не хочу и не буду... Ну, что ты... успокойся, маленькая, успокойся...