Кит – имя, кричащее о его желании привязать себя к миру за забором лагеря. Просто сокращение паспортного имени. Открытое заявление – я не такой, как вы, я просто вынужден под вас немного подстроиться. Так было раньше, в самом начале, когда он еще не прижился. Даже та ошибка Немо, которая звала его Диком, была фактически невольной попыткой сделать Кита немного больше «своим». Странно, но похоже, получилось это только у Шестого, который дал ему настоящее «Ецевское» имя – Полуночник. И Киту, кажется, оно понравилось.

Лис. Имя, с которого все начиналось. Имя, которое не может быть настоящим, но успешно его заменяет везде и всегда. Кто так нарек Лиса и когда, оставалось загадкой. Она только смогла выяснить для себя странную вещь – Лис не понимал, что назван в честь животного. Сколько Спящая не тыкала ему картинку из книги Немо, Лис только пожимал плечами и твердил, что это какой-то другой лис, воспринимая собственное имя как омоним.

Спящая. Ее имя дал ей Пакость. Оно льстило ей, смущало ее, но в то же время нравилось. Оно было сказочное и немного загадочное и так подходило к ее вечному бледному виду, словно она и правда вот совсем недавно очнулась от долгого сна. Это имя уносило Спящую куда-то в детство, в те годы, когда девочки примеряют к себе имена любимых принцесс и играют в них. Жаль, что в реальности поцелуй прекрасного принца болезнь не излечит. Да и куда ей принца-то с ее жизнью…

– Как думаешь… - Спящая снова свесилась с дерева, чтобы лучше его видеть. Неделю назад она бы уже шлепнулась на землю от такого движения, но сейчас сидела на ветке, как приклеенная.
– …мог Пакость просто из вредности начать со мной спорить? Я его… обидела нечаянно, и он до сих пор не успокоился.

– А мне откуда знать? – равнодушно отозвался Кит и лениво потянулся, так что суставы захрустели.
– Пакость непредсказуем. Ты его знаешь лучше, чем я.

Все, что их связывало с Китом – дружба, основанная на взаимной симпатии, и Спящая была невероятно за это благодарна. У Кита, как и у Немо, не было на нее никаких планов. Не было болезненной привязанности, которая в будущем могла бы причинить им боль. Просто ровная дружба, которая если и оборвется за забором «Еца», то просто оставит в душе приятные воспоминания.

– А Немо?
– Спящая, не жалея платья, соскользнула к развилке ветвей и медленно пошла на спуск. Слезать почему-то всегда было сложнее, чем залезать.
– Неужели Немо совсем не заботится о Лисе?

– Немо просто под влияние попала, - уверенно отозвался Кит.

Проследив за ее маневром, он торопливо поднялся. То ли готовясь ловить, то ли боясь, что она на него свалится. Скорее – и то, и другое одновременно. Спящая при всей своей болезненности весила все же не как фея.

– Это ж Немо. Ближе к Пакости стояла, вот и согласилась с ним. Надеюсь, передумает.

Убедившись, что Спящая двигается уверенно и им двоим ничего не угрожает, Кит расслабился и поднял лицо к небу, проглядывающему среди ивововых кос, и заключил миролюбиво:

– В любом случае, какой смысл сейчас шуметь и пререкаться? Лис до ночи никуда не уйдет. А там уже я его проконтролирую.

– Будешь караулить?

– Это будет не трудно. Ты знаешь, как я сплю.

Босые ноги Спящей коснулись теплой твердой земли, и она облегченно выдохнула, вытряхивая из волос мелкий сор. Коротко и благодарно обняла дерево, выполняя уже ставший привычным ритуал и наконец повернулась к Киту. Он балансировал на выпирающем из грунта узловатом корне, и их глаза были почти на одном уровне. Чаще всего, даже когда Спящая была без каблуков, его макушка едва доходила ей до переносицы.

– Полуночник, - вздохнула она.
– Тебе это хоть не вредит? Эти бессонницы?

Кит задумался буквально на несколько секунд:

– А знаешь… нет. Раньше, когда меня доставали эти пророческие сны - бесился. Сейчас мне даже нравится сидеть в темноте почти до утра. Каждому свое.

– Так значит…

– …я тебя разбужу.

На этом они и расстались.

Глава 49

Уговоры

«Не надо ходить за Лисом»

Куда бы ты ни шел в «Еце», ты всегда приходишь именно туда, куда тебе нужно. Это правило, усвоенное Пакостью еще в начале лета, сегодня работать не желало. Они с Немо нарезали круги по лагерю, заглядывая во все укромные уголки, но Лиса нигде не было видно. Они начали свои поиски с детской площадки, на которой Лис любил собирать шишки, дошли до безголового горниста, проверили Лисий камень возле летней эстрады, потом вернулись обратно и пошли к корпусам, выглядывая среди залитой солнцем зелени большое желтое пятно.

Пакость не мог знать, в каком Лис настроенье и успокоился ли он окончательно после того, как стал свидетелем ссоры, но то, что Лисья мама светила вовсю, его радовало. Правда, когда он поделился этим с Немо, она несогласно качнула головой и выдала уж совсем не в тему:

– Ага. Когда солнце светит, еще не так плохо, но солнце-то светит, только когда ему вздумается.

– Это к чему сейчас было? – не понял Пакость.

– Не важно. Просто любимая цитата, что-то вроде девиза, - Немо смущенно наморщила нос и ответила уже по делу.
– Путаешь. Когда солнце заходит – Лис грустит. Но наоборот, кажется, не работает. Правда, после завтрака он все же немного повеселел. Если мне память не изменяет.

Жара донимала. Лето не спешило даже намекать на то, что вот-вот второй его месяц подойдет к концу и пора уже будет постепенно настраиваться на осень. Они короткими перебежками добрались до тополя, который нашептывал им ночами сны, и спрятались в его тени. В самом корпусе выглядывать Лиса было бы глупо. В солнечную погоду он даже тенью пренебрегал, и уж тем более не стал бы прятаться под крышу.

– А ты молодец, - выдал Пакость то, что собирался сказать с момента ссоры, но все никак повода не было. Наученный горьким опытом, он не стал тыкать Немо пальцем в плечо или дергать ее за край футболки, чтобы привлечь внимание. Дождался, когда сама обернется, и продолжил: