Непроизвольно рука инспектора потянулась вверх - внезапный шум выдал его всего, без остатка. Яркий луч в этом царстве мрака, казалось, рассек его насквозь.

– Какой-то он субтильный, - заключил первый голос.

– Ты совсем перестал зреть в корень, сэр Заговорщик. Оттого и твои неудачи.

Пытаясь заслониться от луча, мистер Форсберг разорвал спекшиеся губы и тихо произнес:

– Простите. Но позвольте узнать: кто вы? А главное: где я нахожусь?

Свет внезапно потускнел, и констебль смог различить склонившегося перед собой старца в глубоком темном балахоне с красной окантовкой, который держал в руке изящный масляный фонарь.

– Поднимайтесь, юноша. Это не дело, рассиживаться на костях ваших предков.

Мрачная тень отступила, открыв взору горы реберных костей и оловянно-серые, покрытые пылью черепа, с явными признаками насильственной смерти.

Не раздумывая, Джинкс вскочил на ноги пытаясь стряхнуть с себя паутину и прах мертвецов.

– Ну что же вы юноша. Не надо так переживать. Все мы рано или поздно станем тленом - бояться этого, сродни кощунству над мертвецами, - наставительно произнес старик и коснулся юношеского плеча.

Вздрогнув, констебль практически сорвался на крик:

– Хватит! Что происходит! И где, побери меня Кронос, я нахожусь?!

– Вполне нормальная реакция, молодой человек. Вы в Принтвили - изнанке живого мира.

Обернувшись на голос, Джинкс нос к носу столкнулся с худым бледным господином в сером затасканном костюме - на носу незнакомца виднелось пенсне с разбитыми стеклами. В целом вид этого человека говорил лишь об одном - ему невероятным образом удалось выжить после достаточно серьезной стычки.

– Позвольте представиться, я - сэр Заговорщик.

– Заговорщик?
– опешив, переспросил констебль.

– Именно, заговорщик, - согласился тот.
– По-моему, ничего удивительного. Даже в загробном мире существуют те, кто недоволен установленным режимом.

Понимающе кивнув, инспектор так и не нашелся, что ответить.

– Кто вы такой, нам известно, мистер Форсберг. В связи с чем, думаю можно опустить лишние подробности знакомства. Прошу следовать за мной и моим проводником, - заметив замешательство гостя, пояснил Заговорщик.

– Что?
– протянул констебль.

– Пойдемте, молодой человек. Мой фонарь выведет нас туда, где можно будет все обсудить без случайных ушей, - подтолкнув его вперед, подытожил старик.

По мрачным стенам костяного зала побежал едва слышный шепот тысячи голосов - и, превратившись в эхо, растворился в пустоте.

Под ногами то и дело раздавался противный хруст, словно ломаются трухлявые ветки. Только здешний лес состоял отнюдь не из деревьев.

Стремясь не смотреть по сторонам, Джинкс уткнулся в спину сэра Заговорщика и отрешенно считал дыры на его выцветшем сюртуке.

Свет фонаря вновь стал крохотным, сжавшись вокруг идущих в крохотный мерцающий контур - дальше была только темнота. Чувствуя одну сырость и запах помоев, констебль сосредоточенно считал шаги, прислушиваясь к стуку каблуков Заговорщика.

Стараясь не думать о превратностях судьбы и вещах, которые не укладываются в рамки понимания нормального человека, Джинкс отчетливо осознавал, что находится сейчас не в припадке беспамятства и не созерцает очередной ночной кошмар. Все выглядело более чем реально.

Вскоре старик остановился и послышался скрежет замка - тяжелая кованая дверь, со скрипом, отварилась.

Комната оказалась совсем крохотной, словно тюремный каземат, с двумя дощатыми скамьями и огромным округлым столом.

– Здесь безопасно?
– поинтересовался старик.

– Абсолютно, - присаживаясь, изрек сэр Заговорщик и на его лице, возникло некое подобие улыбки.

Следующее обращение было адресовано уже к Джинксу.

– Присаживайтесь, мистер констебль. Нам предстоит долгая и очень занимательная беседа.

Не став спорить, инспектор, проскользнув в проем между столом и скамьей, почувствовал на своих ногах и руках тяжелые путы. Он словно в одночасье превратился в безумного пациента 'Безнадеги' - и не того, кто мог свободно прохаживаться по парку, - а тех изгоев, кто мучаясь в четырех стенах, коротал свой век среди кошмаров и бесконечных галлюцинаций. Нереальность с жадность поглотила его, пригвоздив к дощатой поверхности. Сэр Заговорщик начал очень длинный и невероятный по своему содержанию разговор...