Однако с его детским представлением, истинный Пургаторий - ни шел, ни в какое сравнение.

Они продолжали находиться в невообразимом по величине зале, среди зеркальных плит которого - шипя и извиваясь, струился маслянистый туман, а высокие сводчатые потолки, где с трудом угадывались человеческие фигуры, извивались, словно куча дождевых червей. Присмотревшись, Шрам заметил, что изогнутые голые тела мужчин и женщин, чьи лица и туловища были изуродованы до неузнаваемости - отчего казались всего лишь рисунком, - на самом деле были живыми. Вернее сказать казались таковыми. Они словно вмурованные в камень, из последних сил старались избавиться от невидимых оков, обретя свободу.

Но главным было то, что творилось в сердце Шрама. Обреченность, витающая в этом месте, поедала его изнутри живьем, погладывая старые кости.

Ру-ру рассказал мастеру, что Пургаторий - это некая отправная точка, находящаяся между адом и раем, но мытарство в здешних краях совсем не означает скорое избавление от греховности. Даже если твои родичи будут заказывать мессу каждый день или выпишут тебе у священника всепрощающую индульгенцию.

Шрам слушал куклу и не мог поверить своим ушам. Мир после смерти представлялся ему совершенно другим. В действительности оказывалось, что души Прентвиля не нужны совершенно никому. И призрачные демоны света и тьмы не в силах решать судьбу Чистилища. Они всего-навсего связующее звено в сложной схеме потустороннего мира.

– Их больше интересуют живые, нежели те, кто отбыл свой земной срок, - заключил сэр Заговорщик.

– Тогда чем вы можете им помешать?
– удивился Шрам.

– Помешать?!
– поразился тот и, поправив съехавший на бок галстук, добавил: - Мы вовсе не собираемся им мешать. Мы собираемся их уничтожить. И ты, - он ткнул пальцем в мастера.
– Ты нам в этом поможешь!

Поправив колпак, Ру-ру подмигнул долговязому компаньону и, получив ответный жест, оба зашлись в неугомонном смехе. Да так сильно, что проклятые тела, заворочались в два раза сильнее.

– Здесь уже можно. Нас никто не услышит, - заметив настороженный взгляд Шрама, пояснил сэр Заговорщик.

Махнув рукой, он двинулся дальше, совершенно не обращая внимания на непрекращающиеся стоны вечных мучеников Пургатория.

Уставившись в спину долговязого фантома, Шрам не спешил делать скоропалительных выводов. Пока он не давал своего согласия и не заключал кровавых договоров, а посему стоило пореже говорить - да. И внимательнее следить за тремя безумцами, которые вели его в самое сердце загробного мира.

Постепенно зал становился все меньше и меньше и вскоре превратился в узкий вытянутый коридор. Бесконечные переходы, лестницы, двери - мастеру показалось, что они попали в непроходимый лабиринт, где невозможно найти верный путь. Но сэр Заговорщик двигался столь уверенно, что создавалось впечатление, будто он сам и построил эти катакомбы.

По обеим сторонам погребальных галерей высились каменные саркофаги, среди которых сновали огромные серые крысы.

– Настоящий Некрополь, - пораженно прошептал Шрам.

– Всего-навсего крипта , - уточнил проводник.

– Мы под самым замком дорианцев, - вкрадчиво добавил Ру-ру.
– Жуткие типы, я тебе скажу. Демоны ночи, вечно шныряют по улицам вашего города, ища несчастные души.

– Скоро ты сам все увидишь.
– Сэр Заговорщик глянул на мастера через плечо и ускорил шаг.

Вскоре призрачный свет факела, который нес фантом, стал быстро тухнуть. Пламя то и дело задувал сильный сквозняк. Останавливаясь через каждые двадцать шагов, Куттер, по старинке, чиркал кресалом, и процессия двигалась дальше.

В конце концов, они уткнулись в арочную кованую дверь, покрытую толстым слоем паутины.

Разорвав серую занавесь, сэр Заговорщик обратился к Куттеру:

– Давай дружище. Пришло твое время.

Здоровяк, пыхтя, подошел к засову и, приложив к нему ладонь, закрыл глаза, затянув протяжную мелодию.

– Большой профессионал своего дела, - любуясь работой приятеля, протянул сэр Заговорщик.

Раньше Шрам никогда не слышал, чтобы заунывным мычанием можно было отпирать внутренние замки. Иначе бы он обязательно продал этот секрет малышу Юнгерту, который был не превзойденным мастером по таким делам.

Пухлая лапища Куттера постепенно начала святиться приятным сиреневым светом. Шрам заметил, как на висках здоровяка выступил пот. Вскоре огромное тело взломщика затряслось, и он стал биться в конвульсиях, словно на него напал приступ слабоумия.

– Это нормально?
– Шрам кинул взгляд на куклу.

– Тихо, - шикнул Ру-ру.
– Не спугни фортуну...

В один миг мычание Куттера прекратилось, и мастер уловил несколько быстрых щелчков. Дверь отворилась.

– Я очень устал, - захныкав, будто ребенок, здоровяк повалился на каменный пол подземелья.