Наибольшим моим желанием было ответить резким отказом, накричать на Баязета, выгнать его из своих покоев. Но я прекрасно понимала недопустимость подобного поведения. Причем дело было не только в правилах приличия — я отнюдь не верила в раскаяние приятеля, а за врагами, к коим я теперь вынуждена была причислить друга детства, надо было пристально наблюдать, чему ссора вовсе не поспособствовала бы.

— Конечно, Баязет, — улыбнулась я. — Разумеется, мы останемся друзьями. И я верю, что теплые слова твоих писем будут греть мою душу холодными северными зимами.

Я готова была поклясться, что при последних моих словах Баязет отчетливо скрипнул зубами. Но голос его, когда он заговорил, был тих и ласков.

— Надеюсь, что так и будет, Амина. И помни, что я всегда на твоей стороне и готов ради тебя на все.

И он поклонился и вышел. А я никак не могла позабыть его последние слова, в которых мне почудилась скрытая угроза.

Но только появлением Баязета неприятные визиты в этот день не ограничились. Едва я успела допить кофе, как ко мне пожаловала Лайла.

— Я пришла поздравить вас с таким приятным событием, шаисса, — прощебетала она.

— Благодарю тебя, Лайла.

— Ах, шаисса, вам так повезло. Принц Эдвин так красив, я обратила на это внимание за обедом.

— Ты хотела сказать что-то еще, Лайла? — устало спросила я. — Прости, но у меня нет времени выслушивать твои восторги по поводу внешности моего будущего мужа, его богатства и тех замечательных камешков, которые он мне сможет подарить. Или ты пришла намекнуть, что не прочь получать маленькие подарки с Севера? Так для этого еще рано, я пока никуда не уезжаю.

Должно быть, разговор с Баязетом совсем выбил меня из колеи, раз я не сдержалась и принялась язвить. Но мое самочувствие резко ухудшилось — дала о себе знать бессонная ночь. Я очень хотела остаться одна и хоть недолгое время полежать в темной комнате с наглухо задернутыми шторами, чтобы начавшаяся было головная боль отступила. Яркий свет и резкие звуки стали раздражать меня, а тяжелый аромат духов, которыми обильно полилась Лайла, и вовсе показался нестерпимой вонью.

Нижняя губа невестки обиженно задрожала.

— Я просто пришла пожелать вам счастья, шаисса. Я вовсе не настолько корыстна, как вы обо мне думаете.

Я усмехнулась.

— Ты уже поздравила меня, а я поблагодарила тебя за поздравления.

Лайла ненадолго задумалась. Похоже, она никак не ожидала, что я примусь ее выпроваживать так скоро. Наконец она все-таки решилась обратиться ко мне с просьбой.

— Я хотела спросить у вас, шаисса, нельзя ли увеличить ту сумму, что выделили мне на пошив новых нарядов к вашей свадьбе?

— Разве не Айше занимается у нас финансами гарема, Лайла? Обратись к ней.

Женщина отвела взгляд в сторону. Ясно — она уже побывала у Айше и та ей отказала. Я невольно даже восхитилась наглостью невестки: та едва ли не каждый день находила новый повод попросить денег. Селим прав, доверить ей управление гаремом никак нельзя — Лайла с ее аппетитами способна пустить по ветру всю Империю за несколько лет.

— Айше сказала, что я должна урезать расходы, — выпалила невестка. — Как будто она имеет право указывать главной жене самого Императора!

— Имеет, — резко оборвала ее я. — У тебя все, Лайла?

Она помрачнела, но потом внезапно улыбнулась. Готова поспорить, невестке пришла в голову мысль о том, что рано или позно я все равно уеду на Север и вот тогда-то она сможет добиться, чтобы Селим сделал ее полновластной хозяйкой гарема. У меня были большие сомнения на этот счет, но разочаровывать ее раньше времени я не стала. Распрощавшись с невесткой, я вернулась в спальню, сбросила платье, сняла украшения и со стоном упала на кровать. Бросившейся задергивать шторы Фатиме я велела никого ко мне сегодня больше не пропускать, кроме разве что Селима.

Однако брат был занят другими делами и меня не навестил, а к вечеру головная боль немного утихла. Наскоро перекусив, я принялась наряжаться на встречу с Эдвином. Пожалуй, страстные поцелуи смогут улучшить мое самочувствие.

Но первые же слова жениха вернули в мое сердце утреннею тревогу.

— Жаль, что мы не сможем видеться несколько дней, — прошептал он после поцелуя.

— Почему? — удивилась я.

— Твой брат пригласил наше посольство поучаствовать в охоте, — пояснил Эдвин. — Выезжаем послезавтра на рассвете и вернемся через три дня.