Следом за ней, пятясь, выскочила потерявшая дар речи Нина Гавриловна с горшком, из которого что-то гнусаво чирикало, раскачивая ярко-желтыми листиками.

Входная дверь с треском захлопнулась, а Егор, кинувшись в ванную, закрылся в ней на защелку, и наступила тишина.

Из кухни на четвереньках выполз Марик, стеная от смеха и утирая слезы рукавом.

Ксандр и Вандер Францевич удивленно выглядывали в коридор, видимо, не веря, что все закончилось, и милиционеры вышли из квартиры.

– Егорушка… – Дрина постучала в дверь ванной, откуда слышался шум воды из-под крана. – Ты в порядке?

– Не совсем, – откликнулся тролль. – Отстаньте от меня минут на десять, сейчас я опасен…

– Дед! – Молли гневно в упор глядела на Вандера Францевича. Тот хмурился, вытягивая губы в трубочку и пытаясь сгорбиться, что у него получалось не слишком удачно.

Ксандр, Дрина и Марик озадаченно притихли, понимая, что семейная сцена Аревых еще не закончена.

– Почему я ничего не знала про нелюдей, почему ты не рассказывал мне ничего про то, кто ты сам? Ты – бессмертный воин, а прикидывался пенсионером с таблетками!? И кто ты после этого?!

Дед привычно схватился за сердце, но вспомнил, что этот номер больше не пройдет, и озадаченно закряхтел.

– Мой двоюродный брат, Ксандр, и тот знает обо всем, – гневно и обиженно продолжала Молли. – А я – нет. Почему?!

– Внучка, пойми! – оправдываясь, дед повысил голос. – Я просто не знал, как рассказать тебе, все откладывал. Разве можно вот так взять и начать говорить об этом? Ты бы решила, что твой старый дед сошел с ума. Или все-таки ты бы сразу поверила мне?

– Я вот своему отцу не поверил, когда он начал мне рассказывать про каких-то нелюдей с горящими глазами, – буркнул Ксандр, старательно пряча глаза от пламенных взглядов, которые бросала на него Дрина. – Пока он не поругался на парковке машин с каким-то человеком в темных очках. Они даже подрались, тогда я впервые увидел глаза нелюдя… Так я узнал, что на свете живут нелюди, и что я сам – из рода древних воинов с нечистью. Так и что с того? Разве это кому-то теперь нужно? Я учусь в техническом институте, мастер спорта по плаванию. Мы больше не гоняем нечисть по земле, осталось разве что их… ну… презирать…

Дрина заулыбалась, но тут щелкнула дверь ванной, и на пороге кухни появился Егор.

Его волосы и футболка были мокрыми – видимо, он сунул голову под кран с холодной водой, но выглядел он уже таким, как прежде, лохматым раздолбаем, только его глаза были зеленее, чем обычно, а в металлической серьге, которая болталась в его ухе, сверкал огромный зеленый изумруд.

– Я там в ванной у вас наваждений навел немного. – Егор привычным жестом взлохматил себе мокрые волосы. – Мыльницу не трогайте, она кусается… Кафель к полнолунию будет такого же цвета, как и был, а пока он ярко-зеленый, извините…

Ксандр озадаченно уставился на Егора.

– А… где ко… корона? – выдал он вдруг.

– Ксандр, никакой короны не было, это такой древний гипноз, тролли это называют «отвести глаза», – устало объяснил Егор. – Ну или наваждение навести… Короче, лапшу на уши навешать, чтобы тебе понятней было.

– Кхм… Егор… – произнес Вандер Францевич сдержанно-торжественным тоном. – Как ваша фамилия?

Молли удивленно посмотрела на деда – мало того, что тот сам обратился к троллю, но еще и назвал того по имени и спросил фамилию.

– Бертилов, – ответил тролль, приподняв брови, и, скрестив руки, прислонился к стене, в удивленном ожидании уставившись на деда.

– Я должен поблагодарить вас, Егор Бертилов, – с достоинством в голосе продолжил дед. – Вы избавили нас от крупных неприятностей. Скорее всего, вы не совсем такой, какими были тролли в прошлом… Раньше эти тва… кхм… то есть ваши уважаемые предки отводили глаза лошадям, чтобы те бросались в пропасть, или одиноким путникам, чтобы тем казалось, будто они видят очаг в темном логове…

– Да, мои предки любили порезвиться, – махнул рукой юный тролль и печально улыбнулся. – А меня мать прибьет теперь, скорее всего. У нас, у троллей, глаза становятся зеленее, если мы наводим на кого-то наваждение, и она сразу заметит.

– Я могу чем-то помочь? – помолчав, спросил дед. – Мать сильно суровая?

– Троллиха, – пожал плечами Егор. – Вы же вроде семьсот лет гоняли… то есть изучали таких, как я. Помните, как выглядят троллихи?