Тайсон сложил руки на груди, и как мне показалось, не очень обрадовался моему нежданному вопросу. Я уже решила, что он не захочет об этом вспоминать, когда он начал говорить:

– Если верить рассказам моего деда Билла мои предки приехали из Англии в Нью-Йорк во времена калифорнийской золотой лихорадки в 19 веке. Первый журнал был основан в 1898 году и назывался «News of New York».

– Так империи более ста лет? – с удивлением произнесла я.

– Ну да, - для Эрика само собой эта деталь являлась обыденностью.

Он вышел из машины и грациозной походкой танцора обошел ее.

– Прогуляемся? – спросил он, открывая передо мной дверь, а я только кивнула в ответ, не в силах вымолвить хоть слово. – Со временем корпорация росла, завоевывала себе все больший авторитет в городе. Дед Билл был немного повернут на работе. Он женился после тридцати. В детстве мне часто казалось, что они с бабушкой с разных планет. После его смерти от сердечного приступа, за корпорацию конкретно взялся талантливый бизнесмен – мой папочка, - последнее слово он произнес с некоторой долей иронии.

– А родители твоей матери? – я поспешила сметить тему.

– Мама родом из английской аристократической семьи, средняя дочь лорда Сеймура. Семья входит в палату лордов уже несколько столетий. Мамин старший брат живет в Лондоне. Он тоже член палаты лордов. У дяди есть два сына, но мы с братьями не общаемся. Они немного снобы. Мамина младшая сестра с мужем обосновались в Лос-Анжелесе. Вот, наверное, и все. А твоя семья?

– Ммм. Я знаю только о маминых родителях. Мой дед живет на Аляске в Анкоридже. А вообще-то он ирландец. Я гостила у него пару раз на зимних каникулах.

Мы постояли на берегу. Вода в заливе была холодная. Легкий ветерок приносил запах морской соли. Мы вернулись к машине и легли на капот Lamborghini, ища в ночном небе падающие звезды. В процессе разговора у нас обнаружилось общее увлечение архитектурой. Мы играли в названия памятников архитектуры. И хоть Эрик в отличие от меня посетил много мест, я старалась не отставать.

– Чичен-Ица

– Альгамбра.

– Айя-София.

– Ведь стерва лишь маска, - вдруг сказал Эрик. – Так что же под ней?

– Знаешь сказку о спящей красавице? – спросила я. – Под толстой коркой льда спит живое сердце.

– И что его разбудит? – серьезно поинтересовался Эрик.

– Только поцелуй любимого, - усмехнулась я. – Может, поедем домой? Уже поздно.

Глава 33 Все признаки на лицо

Даниэлла

Обожаю воскресение. Мой любимый день недели. Можно до полудня валяться в постели, или посвятить день шопингу и спа-салонам, посетить какой-нибудь клуб, выставку или другое светское мероприятие. К 11 я поплелась таки на кухню полюбоваться девственно пустым холодильником. Это безнадежно, мне никогда не стать примерной домохозяйкой. Я позавтракала в нашем любимом уличном кафе, пока ждала Джерри, Хлою и Жасмин. Не забыла об ароматном кофе со сливками и свежей газете. Я прочитала новости политики и культуры, пропустив не интересный мне раздел о спорте. Ленивое ноябрьское солнце уже не хотело греть, зато легкий ветерок постоянно напоминал о себе, спутывая распущенные волосы. Мне на глаза попалась реклама центра активного отдыха, который предлагал разного вида танцы, аэробику, фитнес, гимнастику и йогу. Я давно ничем не занималась. Еще в середине лета я отказалась от походов в спортзал в пользу работы. Хотела показать Эмме, что я идеальная кандидатура на пост главного редактора. Должна признать, что у меня все получалось, пока на горизонте не нарисовалась местная звезда – Эрик Тайсон. Если посмотреть со стороны реалиста-прагматика, то он внес сумятицу в мою устоявшуюся жизнь, но вместе с этим я получила человека, которому доверила содержимое своего черного ящика, хранящегося на самом дне души.

Из мыслей меня вернула Хлоя, только что вышедшая из такси и направляющаяся ко мне под навес. Поболтав с подругой обо всем и ни о чем, выяснила, что вечером они с Домиником идут в оперу. Надо бы и самой выбраться куда-нибудь для культурного просвещения. Но вот задача. С кем? Хотя я прекрасно понимаю, что половина жителей Нью-Йорка одиночки, но все равно не приятно сталкиваться с этим в своей повседневной жизни.

– Джерри уже сфотографировал тебя для выставки? – поинтересовалась я.

– Да. Только не показал мне ни одного снимка, - надулась она.

– Та же самая проблема, - вздохнула я.

– Думаю, маэстро знает, что делает, иначе я ему не завидую, - в шутку пригрозила Хлоя, и помахала рукой приближающемуся другу.

Последней заявилась Жасмин. Плюхнувшись на последний свободный стул, она стала пить кофе.

– Какой план? – спросил Джерри, как будто мы не знаем, что он давно все продумал и просто жаждет поделиться.

– Валяй, - выдала Жасмин, подергивая толстый черный свитер с серыми полосками.

– Зачем ты так тепло оделась? – Хлое пора заводить детей, констатировала я.

Она давно заботится о нас как о собственных несмышленых малышах и кажется, это ее нисколько не затрудняет. Ну да бог с ней. Я вопросительно уставилась на Жасмин. И, правда, чуток не по погоде. Джерри склонился над ней и резко дернул вниз воротник-стойку.

– Так я и думал. Засос.

Мы повскакивали со своих мест и окружили девушку, на шее которой красовалось небольшое красноватое пятно.

– Отец убьет тебя, - заметила Хлоя. – Какой-то он…

– Да, не профессионально, - добавила я.