Тем временем Эрик отвоевывал себе все больше места. В четверг в самой ненавязчивой манере он, как бы оставляя за мной право отказаться, пригласил меня на обед, хотя прекрасно знал, что я, как любая девушка, бессильна против соблазнительной улыбки и бархатного голоса.

Я устало потянулась в кресле. От долгой работы за компьютером начинали слезиться уставшие глаза, а список гостей еще не был составлен. Эмма, будучи главным редактором, от бога, а не только по роду занятий, оставила подробные указания к каждой из шести организованных ей вечеринок-показов. С четырьмя папками я уже разобралась, осталось всего-то две. Скрипнула дверь, но я даже не подняла глаз от монитора. Скорее всего, секретарша принесла заказанное латте.

– Привет трудящимся, - хихикнул знакомый голос. – На обед идешь?

Я наконец-то оторвалась от файла со списком гостей. Эрик по-хозяйски присел в кресло напротив меня.

– Ой, - произнес он, когда наши взгляды встретились. – Подруга, ну у тебя и видок. Ты на зомби похожа.

– Добро пожаловать в зомбиленд, - пошутила я. – С обедом никак. Работы много.

– Я тебе потом составлю компанию с бумагами, - пообещал мне Тайсон, помогая мне подняться с кресла.

Мы устроились в уютном кафе недалеко от Chrysler Building. Говорили как обычно совсем не о работе. Раньше я сомневалась, что у Тайсона есть какие-либо увлечения кроме девушек и автомобилей, но теперь мне было стыдно за свои мысли. Пока я неуверенно водила вилкой по полупустой тарелке, Эрик рассказывал мне о своих интересах. Он уже перечислил любимые фильмы и музыку. Мы плавно подбирались к книгам.

– Я люблю читать исторические романы, хотя в детстве обожал Толкиена.

– Властелин колец, - со знанием дела дополнила я. – Арагорн?

– Ну не Фродо же, - усмехнулся он. – А твой любимый персонаж, наверное, Арвен?

Я кивнула головой. В начальной школе я увлекалась фэнтези.

– Неплохое описание войны у Толстого в романе «Война и мир». «Три мушкетера», «История Нью-Йорка», «Порт Артур». Творчество Гришема. Фицджеральд – «Загадочная история Бенджамина Баттона», - он посмотрел на меня и изогнул бровь, как бы прося поделиться своим списком.

– «Унесенные ветром», - тихо произнесла я, а Эрик залился заразительным смехом.

– А в тебе есть, что-то от Скарлетт. Можно я продолжу? – спросил он, и я кивнула головой. – «Гордость и предубеждение», «Мемуары гейши» Артура Голдена…

– «Песнь о нибелунгах», - выдала я, желая разогнать романтический образ, вырисовывающийся его правильно указанными книгами.

– Как я мог забыть о Брюнхильде, исландской королеве, деве-воительнице. Вся прелесть в том, что главные героини сильные личности, - пояснил Эрик, видя, как я начинаю злиться. – Такие как ты сама.

После его слов, мой гнев сам собой угас. Неужели он настолько хорошо изучил меня, что я стала для него открытой книгой? Страшно вверять свою судьбу в руки чужого человека. И что делать, когда разум говорит «нет», а сердце упрямо шепчет «да»? Кто давал ему право перекрикивать голос здравого рассудка?

В воскресение, 15 числа, новый выпуск журнала появился в продаже, а значит, по сложившейся традиции пришло время совещания. Обычно мы сидели друг напротив друга, как северный и южный магнитные полюса. Мое сердце невольно сделало кульбит, когда Эрик сел справа от меня. Он все еще порывался уволить хоть кого-нибудь, дабы у нерадивых работников был печальный пример, но я уговорила его сменить гнев на милость. К тому же они уже получили свой моральный пинок. В процессе совещания мы шепотом переговаривались. Я ловила на себе непонимающие взгляды сотрудников. Ведь я не была похожа на его девушку, и все помнили наши ссоры, косые, злобные взгляды. Эрик выслушал мою идею обложки, и она ему понравилась.

– Рождество. Всем нам это слово приносит только приятные воспоминания. Елка, украшенная шарами из тонкого стекла и сусального золота и гирлянды. Подарки, завернутые в яркие упаковки с красными бантами. Огонь в камине, красные рождественские свечи. Обложка должна быть красочной, яркой, по-праздничному счастливой. Маленький мальчик с родителями разворачивают подарки. Семейная идиллия, уют, - это я придумала еще в Туин-Фолсе, когда Сьюилин только выписали из больницы. Мы часами рассматривали старые фотографии, среди которых я нашла много снимков на тему новогодних праздников.

После совещания Эрик собрал мои наброски вокруг себя.

– Знаешь, это превосходно, - сказал он, а я немного смутилась. – Нет, правда. Все просто, но со вкусом. Чем-то напоминает детство. Не хватает только Санты и упряжки с северными оленями.

Я стояла и улыбалась как настоящая дурочка. Как быстро он добился моего расположения. Друг. Не такой близкий, как Хлоя или Джерри. Но вдруг это лишь дело времени? А если он станет мне так же дорог как они? Больше остальных меня мучил другой вопрос. Что было бы, если наше знакомство в сентябре началось именно с этого? Могла бы я к этому времени стать его девушкой? С каких пор я думаю о таких глупостях? Конечно, нет. Пусть теперь со мной он сама галантность, но Эрик Тайсон был и остается сердцеедом до мозга костей. Я прекрасно помню его самодовольную улыбку, когда официантка в ресторане недвусмысленно смотрела на него, когда проходившая мимо девушка помахала ему и улыбнулась, хотя они были совершенно не знакомы. Как любому бабнику ему льстит подобное внимание. Вот и ответ на все твои вопросы. А теперь возвращайся к работе.

Глава 32 Звездная ночь

Даниэлла

Субботним вечером я устроилась на диване в гостиной с пультом от телевизора в руках. Отказавшись от похода в клуб с Джерри, намеревалась открыть давно купленную книгу по психологии. Стрелки медленно ползли к семи. Может заказать ужин из китайского ресторана? Хорошая идея. Я взяла телефон и стала вспоминать номер, как вдруг трубка сама зазвонила у меня в руках, а номер не определился.

– Алло, - произнесла я тихо.