В баре я не нашел ничего интересного, кроме изрядного количества бутылок с алкоголем, к которому никогда не испытывал нежных чувств, а вот маленькое помещение, куда вела дверь за барной стойкой, меня порадовало: там я обнаружил торговый автомат со стабилизированными гамбургерами, как и все прочее, раскрашенный в соответствии с киношными штампами о пиратах. Должно быть, прежде он стоял на палубе, но поломался либо мешал какому-то мероприятию, и его переместили сюда. Вскрыв аппарат, я обнаружил почти полный отсек для продуктов.

По-видимому, спускаться в трюм гостям не предлагалось, так как вход туда был лишь один - люк с узкой железной лестницей, который я обнаружил в маленьком помещении за барной стойкой. Оттуда пахло сыростью, и посветив туда фонариком, я увидел лишь неподвижную воду. Трюм (а если точнее, первый этаж выполненного в форме корабля здания) находился ниже уровня моря, и постепенно просочившаяся вода заполнила его целиком.

Я поскреб подбородок, затем разулся, снял носки, снова обулся и закатал повыше штанины.

– Вы собираетесь туда залезть?
– спросила Бета.

– Да... я думаю, там могло сохраниться что-то полезное, продукты сейчас герметично запаковывают, и мышей здесь вроде не должно быть.

Фея оглянулась на чаек. Я понял ее без слов:

– Да, я думаю, тебе лучше тоже спуститься со мной. Ты не боишься темноты?

– Я боюсь чаек, - ответила она.
– а темноты не боюсь... здесь два года каждую ночь темнота.

Когда она произнесла эту фразу, я уже начал спускаться и передернулся - частично потому, что представил, какого было этой малявке, не имеющей возможности просто щелкнуть выключателем и включить свет, а частично потому, что воды оказалось куда больше, чем я ожидал - джинсы я закатал лишь до коленей, но спрыгнув с последней ступеньки, оказался в воде по пояс. К счастью, в карманах не было ничего ценного и портящегося, мобильник я до этого переложил в сумку.

Трюм был наполовину складом, наполовину кабинетом, где, возможно, после тяжелого трудового дня капитан Джеймс Крюк, вполголоса бурча о тупых посетителях, которым даже на сказочном острове лишь бы нажраться, отцеплял с руки крюк-протез, снимал парик с длинными черными волосами, отклеивал нос с горбинкой и усики с бородкой (хотя допускаю, что они были настоящие) и, сняв шляпу и камзол, переодевался в цивилизованную одежду.

Вдоль стен тянулись полки, на верхних стояло несколько ящиков - в основном с бутылками, но целых два из них оказались с пакетиками соленого арахиса, сушеным кальмаром, сушеной рыбкой, сухими копчеными колбасками и прочей закуской. Не устояв перед искушением, я прямо там вскрыл один пакетик и положил орешек в рот. Арахис оказался вполне пригоден к употреблению, и я протянул несколько орехов фее.

– Это что?
– спросила она.

– Соленый жареный арахис, пища богов... неужели ты никогда не пробовала?

– Нет...

– Ну так попробуй. Не хуже твоих поджаренных зернышек.

Я видел, что фея не прочь отведать угощение, но отчего-то не решалась взять что-либо из моих рук.

– Потом, ладно?
– наконец нашла она компромисс.
– не здесь.

– Хорошо.
– Я набил карманы пакетиками, хотел было наполнить и сумку, но решил оставить в ней место для лотков со стабилизированными продуктами из торгового автомата. Была мысль унести ящики с собой, но я рассудил, что если уж они простояли здесь два года, могут постоять еще.

Что-то живое, упругое и скользкое коснулось моей ноги. Поперхнувшись орехом от неожиданности, я резво забрался на разбухший от воды письменный стол и посветил фонариком в воду.

– Что там?
– забеспокоилась фея, взлетая повыше.

– Не знаю... там кто-то есть!

Луч фонарика, отражаясь от поверхности воды, слепил меня и ничего толком не освещал. Я посветил вокруг, ничего не увидел и выключил фонарик. Как только глаза привыкли к темноте, я увидел светлое пятно за одной из полок - немаленькую дыру ниже ватерлинии корабля. На фоне пятна мелькнул вытянутый силуэт.

– Ага!
– понял я. Вода не постепенно просочилась в это нижнее помещение, она хлынула сюда через дыру, которую, скорее всего, пробило каким-нибудь бревном во время шторма. Дыру обнаружили любопытные рыбешки, и их любопытство было вознаграждено - в воде плавали размокшие остатки картонных коробок, стоявших на нижних полках, их содержимое, очевидно, послужило рыбам угощением.

– Гм...
– я побарабанил пальцами по склизкому дереву письменного стола.
– Бета, скажи мне, сейчас ведь прилив?

– Да.
– ответила она, еще не понимая.

– А отлив будет сильный?

Фея подумала, затем показала:

– Вот отсюда...
– она шлепнула ладошкой по стене, затем опустилась примерно на метр - и вот досюда. А что?

– Во время отлива здесь будет едва по щиколотку, вот что. Есть у меня одна идея...

Я подобрал плывущую мимо пластмассовую сетку, которой был некогда обтянут ящик с фруктами, и при помощи проволоки, которую извлек из своей сумки с инструментами, примотал ее к ножкам полки так, что отверстие оказалось перекрыто.