– Если не трудно, слетай и посмотри.

Вернувшись через три минуты, фея доложила, что дверь с обратной стороны валяется отдельно, дверной проем заложен кирпичом, люк же пока еще нетронут.

– Наверное, братья про него не знают... там рабочие что-то делали, давно еще, когда я маленькая была, и с тех пор к нему никто и близко не подходил. Он весь приржавел и мхом зарос...

Меня порадовало маленькое превосходство в информации над братьями, хоть пользы от проникновения в пещеру я и не видел, напротив, меня очень радовал их приступ паранойи и затворничество. Они внутри, я снаружи, пусть и впредь так будет.

– Ну что ж, это, наверное, неплохо, да?

– Ага...

– Покажешь мне, где еще ты добываешь пищу?

– Покажу... только надо будет идти далеко.

– Пойдем.

Фея полетела к ограде парка, но тут же остановилась.

– Ой... я не подумала... там трудно будет вам пройти. Вы там, наверное, вообще не пройдете, там надо пролететь...

– Да, летать я не умею.
– пришлось признать мне.

Мои слова показались девочке забавными, она хихикнула и тут же засмущалась.

– Тогда пойдемте по другому пути, где тропинка.

'Тропинкой' оказалась узкая, но все же асфальтированная пешеходная дорожка, через лес спускающаяся к морю. Вдоль дорожки даже стояли фонари, хоть и гораздо реже, чем возле остальных дорожек. Я достал из сумки обрывок простыни и мимоходом протер их, краем глаза отметив явное одобрение феи.

Дорожка вела к маленькому пляжику, стиснутому с двух сторон высокими скалами. Скалы защищали от ветра, но не закрывали нещадно палящее солнце, благодаря чему воздух на пляже был заметно теплее, чем в парке. Недалеко от берега стоял парусный корабль.

Я проморгался, потер глаза, но корабль не исчез. Он был отвратителен в каждой своей досочке: не очень большой, но при этом толстый, с непропорционально большой кормой и низким носом, высокими и даже на глаз кривыми мачтами, на которых болтались грязные тряпки - некогда паруса, и весь какого-то гниловатого цвета.

Корабль стоял в воде абсолютно неподвижно, потому что намертво врос в песок - а если точнее, был там построен. С запозданием до меня дошло, что корабль кораблем не был, а представлял собой построенное на мелководье здание в форме корабля - очередное развлечение.

От берега к кораблю вел длинный металлический мостик с высокими перилами. Бета подлетела к нему и оглянулась на меня:

– Вот... скоро начнется отлив. Вода уйдет досюда, и можно будет поймать креветок и этих... я забыла, как они называются...

– Крабов?
– не отрывая взгляда от корабля, предположил я.

– Да... и здесь чаек нет, а там, на другом пляже, они меня прогоняют.

– Отлив не начался еще? У нас есть немного времени?

– Вы хотите на корабль?
– догадалась фея, проследив за моим взглядом.
– а что там?

– Это ты мне скажи, что там, я ведь здесь впервые.

– Я не была на корабле...

– Да?
– удивился я.

– Ну... я раньше работала возле пещеры ужасов, там водила людей... а здесь была пару раз, ну и меня на корабль никто не звал. А потом я хотела слетать, но...

Бета указала рукой на чаек, летающих вокруг корабля и то и дело опускающихся на него отдохнуть.

– Я их боюсь. Лесных птиц не боюсь, я могу, если что, отбиться, а эти меня съедят.

– На человека чайки ведь не нападут?

– Нет... наверное.

Ступив на мостик, я сделал по нему пару шагов, пошатал рукой перила. Мост был сделан на совесть и даже не скрипнул подо мной.

– Хочешь туда сходить?

– Ну... да.
– заинтересовалась она.

Держась за перила (нужды в этом не было, но идти над мелкими пенными волнами оказалось как-то неуютно) я прошел по мостику к кораблю и поднялся на палубу. Чайки возмущенно заорали и сорвались прочь, к счастью, не решившись напасть, но перепугав маленькую фею. Обычно она держала дистанцию в пару метров, но на корабле летела совсем рядом со мной, так что я чувствовал плечом легкие потоки воздуха от ее крылышек.

Вся палуба была заляпана птичьим пометом. Доски сильно скрипели под моими ногами, что заставило меня обеспокоиться - я не хотел провалиться и сломать ногу, но все же решил, что за два года палуба не могла прогнить настолько, чтобы не выдержать мой вес.

На корме, на том месте, где, если верить фильмам, у парусных кораблей находится штурвал, размещалась барная стойка. Штурвал там все же был - как элемент декора, наряду с прикрывавшим полки с бутылками 'веселым Роджером', муляжами абордажных сабель и кремневых пистолетов, стульями-бочонками и небольшими пушками, намертво прикрученными к палубе. Не удивился бы, если б узнал, что в качестве бармена за стойкой стоял лично капитан Джеймс Крюк и разливал 'настоящий пиратский ром' (ну или 'настоящий пиратский ром без алкоголя с запахом земляники', если посетители были детьми), ловко откупоривая бутылки своим крюком и пыхая одновременно двумя сигарами. Боже мой, какая беспредельная пошлость.