—Хорошо, моя радость, когда-нибудь ты ее получишь.

—Мистер Хорас Динсмор! — вызвала Аделаида,

снимая маленький блестящий предмет с елки.

—Еще один подарок для меня? — спросил он, когда

Уолтер подбежал к нему.

Он уже получил несколько подарков от своего отца и сестер, но ни один, казалось, не принес ему даже по-ловины удовольствия, как этот, когда он прочел накле-ечку «От твоей маленькой дочери».

Ею была золотая ручка с миниатюрой Элси, с которой художник справился так успешно, что ничто не могло быть красивее, кроме самого оригинала.

—Тебе нравится это, папа? — И личико ее засветилось от радости, увидев, что ему очень приятно.

—Да, милая, очень даже. И я всегда буду вспоминать мою маленькую дочь, когда буду пользоваться ей.

—Тогда положи ее в свой карман и пользуйся каждый день, ладно папа?

—Да, моя радость, обязательно. Но мне казалось,

что ты сказала, что у тебя нет для меня подарка?

—Ох, нет-нет, папа! Я сказала, что между теми ко-

робками для тебя не было. Я купила этот, но отдала те-

те Аделаиде на хранение, чтобы ты вдруг не увидел.

—Ах, вот оно в чем дело? — Он рассмеялся и погла-

дил ее по волосам.

—На, Элси, это твоя коробка конфет! — сказал Уол-

тер, опять подбегая к ним. — Каждый получил по ко-

робке, а это тебе, Аделаида сказала.

Он положил ей в руку и опять убежал. Элси вопросительно посмотрела на отца.

—Нет, милая, — ответил он, беря коробочку и про-

веряя ее содержимое. — Не сегодня, завтра после зав-

трака ты можешь съесть сливочную конфету и камеш-

ки, но не другие, в них много краски и они не полезные.

—Папа, а ты разве не хочешь? — нежно спросила

она.

—Нет, дорогая, хотя я и люблю сладости, я отказы-

ваюсь от них до тех пор, пока запрещаю их тебе.

—Папа, возьми, мне будет приятно видеть, что тебе

нравится!

—Нет, моя крошка, я тоже подожду до завтра.

—Тогда, пожалуйста, пусть они побудут у тебя до за-

втра, ладно?

—Хорошо, — ответил он, кладя их в карман, и после

того, как подарки были распределены и дети были в неудержимом восторге, начались разнообразные под-

вижные игры. Некоторые взрослые также приняли в них живое участие, и время пролетело так незаметно, что Элси даже удивилась, когда отец позвал ее и сказал, что время отбоя.

—Это уже половина десятого, папа? — спросила

она.

—Нет, уже десять, мой милый ребенок, и тебе давно

уже пора быть в постели. — И он улыбнулся, видя ее недоумение. — Я надеюсь, что тебе все понравилось?

—Ох, да, очень даже, папа! Спокойной ночи, и спа-

сибо за то, что позволил мне быть здесь так долго.

Когда Элси проснулась, было еще темно, но вдруг часы пробили пять, и она поняла, что уже утро. Еще некоторое время она полежала, а потом тихонько встала, одела тапочки, набросила на себя теплый халат и стала на ощупь искать на столике маленький пакетик. Нащупав его, она бесшумно выскользнула из комнаты.

В доме была полнейшая тишина, и везде было темно, но Элси не боялась, а тихонько шла по направлению к комнате отца. Она с осторожностью повернула ручку двери, и, к своей радости, обнаружила, что дверь была не заперта и легко открылась.

Тихонько, как мышка, девочка вошла в комнату и застыла на месте, чтобы убедиться, что он спит, затем, пройдя тихонько через комнату, она положила свой пакетик в таком месте, чтобы он сразу же его увидел, как только откроет глаза. Затем так же бесшумно Элси вышла из комнаты.

—Кто это? — встревоженно вскрикнула тетушка

Хлоя, вскакивая с постели, когда Элси входила опять в

свою комнату.

—Это я, я напугала тебя, няня? — засмеялась де-

вочка.

—Как, дитя, это ты? Что ты бегаешь по дому в такой

ранний час, когда так темно и холодно?

—Уже не ночь, няня. Я слышала, как недавно про-

било пять.

—Ну тогда быстренько в постель, а я пока разо-

жгу огонь. Скорее, милая, пока ты не замерзла до

смерти.