– Если вы когда-нибудь попадете в края моего племени, вы должны обязательно побывать на ночной подсечке! Следует выйти из шатра ровно в полночь, прокрасться мимо дозора, ибо поймать светлобокого сомуса надо строго одному! Свесившись с обрыва на высоте шмяка, закинуть подсечку из кишки хряка с нацепленным клыком пасти-рыка и удить до победного...

Я устало уточнил:

– И в чем подвох?

Нет, гоблина стоит оправдать. Какую знатную поляну накрыл... Еще и половины не съедено, а уже наружу просится. Да и вкуснотища! Надо выпытать, где готовят так вкусно.

– Кишка, - вытянулась рожа гоблина.
– Слабая, может растянуться и лопнуть. На посвящении по три луны выходят на светлобокого сомуса.

– А что значит на высоте шмяка?

Пожалуй, даже малюсенькое печеньице уже не влезет. А так хочется...

Турни кинул такой косой взгляд, что мне стало неуютно.

– Если сорвешься - будет шмяк. Только оружие уцелеет.

Я закашлялся, подавившись маленьким шедевром пекарского искусства. И это люди "впечатлительные хиленькие"? Скорее гоблины "чокнутые любители экстрима"!

– Турни, кто кого удит? По твоему описанию, похоже, сомус...

– Всяко бывает, лаэр.

Резко распахнулась дверь отделения. Влетел паренек посыльный в растрепанной и слегка порванной одежде.

– Империя атаковала Сантей! К оружию и в бой!
– заорал так, что кружки на столе с едой зазвенели.

– Тролли наехали!
– заверещал Турни, бросился к стойке для оружия, принялся споро цеплять на себя колюще-летающее. Куорт, свалившись со стены (шаманы рулят!), с грохотом разнес один из пустых столов и с удивлением выбрался из обломков мебели. Горящие в предвкушении боя глаза Турни и надувшийся арахн уставились на меня в ожидании приказа.

– Ну, - толкать речь перед боем с чашкой отвара в руках несолидно, - э-э-э... хватаем железки и на улицу. Куорт, шмотки нам с Турни прихвати у дежурного...

Схватив меч, я побежал по коридору за гоблином на выход, удивляясь повисшей в здании управы тишине. Все уже выбрались, а мы засиделись? Непорядок, Капитан за медленную реакцию точно девларов вломит. Только, какой смысл в бурном реагировании? Прибежим растрепанные, запыхавшиеся, в легкой одежде и простых ботинках. И кому мы там нужны? Смешить вояк...

Турни в последний момент вспомнил, что дверь управы открывается вовнутрь, и с трудом остановился. Скорость набрал приличную, но с такой массой воевать с деревянным изделием столетней выдержки - безумие. А гоблины, несмотря на странности, парни башковитые. Еще бы - шмяки и гастрономические пристрастия обязывают.

Справившись с препятствием (где дежурный-хряк, тролли его возьми!), вылетели на улицу и... уткнулись в толпу. Капитан, Старлей, инспекторы управы, знакомые рожи парней. И несколько холеных хлыщей в дорогих шубах из светлых шкурок модных этой зимой росських зверьков.

– Вот!
– заорал, надрывая глотку, Эрнт Кройнтурен, сиречь Капитан Южно-третьей управы, потрясая здоровенным гномьим хронометром.
– А! Каково! Великолепная реакция!
– сунул металлический кругляш под нос самой скривившейся морде.
– Образцовые парни, замечу вам, господин Струльс. А вы заладили - зачем еще одно отделение в Южно-третьей...

Тьфу! Надо было в окна глядеть, а не нестись сломя голову...

Хлопнула дверь, нас оббежал Куорт и остановился, не обратив внимания на стоящую толпу. На двух передних лапах болтаются теплые вещи мои и гоблина, а на третьей, трогательно продетые через завязанные шнурки, висят четыре ботинка. Два больших и маленьких.

Кто заржет - убью скотину!

***

На следующее утро, войдя в управу, я неожиданно попал на ярмарку. Каждый встречный, учтиво поздоровавшись и чуть ли не раскланявшись, вежливо и так, мимоходом, обязательно постарался ввернуть "шустрый парень", "суровый северный воин", "соображаешь". От первого я отшутился, от второго отбрехался, на третьего косо посмотрел, на четвертого рыкнул, на пятого рявкнул... Шестой, плечистый бородатый гном, прищурившись, прогудел:

– Скромняга, стал быть!

Я молча обошел препятствие. Не бить же коротышку, в самом-то деле!

Обычный десяток шагов, нужный для преодоления маленького холла, сегодня растянулся на длительное путешествие. И, по самым скромным прикидкам, в тесное помещение уместилось с треть личного состава управы! По коридорам придется под потолком пробираться?

С трудом протиснувшись через набежавшую кучу сослуживцев, собравшихся на утреннее развлечение, я юркнул в коридор и у лестницы столкнулся со стариком-артефактором. Тот, пробурчав в приветствие нечто невразумительное, окинул меня удивленным взглядом и простодушно поинтересовался: